Тибидохс и Поиски Золотого Свитка

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тибидохс и Поиски Золотого Свитка » [Альтернатива] » Оливер Коллинз – человек, через которого все друг с другом знакомы


Оливер Коллинз – человек, через которого все друг с другом знакомы

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

http://s100.fotosklad.org.ua/20130506/092c617454b88c9d80fd7c0cda885e68.gif

1. Время: около шести часов вечера
2. Место: Нью Йорк, съемная квартира Оливера
3. Действующие лица: Логан Райан и Оливер Коллинз

4. Предыстория:
– Логан Райан, нападающий в школьной футбольной команде, один из наших лучших стрелков, – объявила директор Соммерз.
Юноша в дурацкой шапочке и мантии вышел на сцену.
– Логан, расскажи о своих планах на жизнь, – спросила она. – Может быть, где ты хочешь учиться или чего достичь, – подсказывала женщина.
Юноша прочистил горло и взял микрофон.
– Я хочу быть полезным Америке, – сказал он.
– И что же ты для этого сделаешь? – перебила его директор Соммерз.
– Там видно будет.
Директор одобрительно покачала головой:
– Что ж, время есть. Что-нибудь еще?
Логан кивнул:
–  Да. Я хочу жениться на самой прекрасной девушке этого выпускного.
Зал взорвался одобрительными воплями. Директор поблагодарила его, отдала аттестат, и Райан спустился со сцены.
– Все так серьезно, чувак? – похлопал его по плечу Джек Ричардсон.
– Более чем.
Друг покосился на него хитрым прищуром.
– Колись, она от тебя залетела?
Логан пихнул Джека в бок.
– Нет, просто... просто она самая прекрасная девушка на этом выпускном.
Друг покачал головой.
– Я понял. Чувак, ты болен, – подвел он итог.
– Да-а-а, – протянул Райан. – И у моей болезни есть имя. Ее зовут Элисон.

0

2

Логан остановился у знакомой двери и вздохнул. Ясно как божий день, что за ней его не ждет ничего хорошего. Всех его однополчан, у которых была семья, встречали еще в аэропорту. Бобби Ли ждал четырехлетний сынишка вместе с женой и его родителями. Фрэнка О’Брайана встречала его девушка и старший брат.  Криса Булштофа ждала мать. Логана не встретил никто. Каждый из ребят звал его к себе домой на праздник, но юноша отказывался, понимая, что это всего лишь дань вежливости. Каждому из них больше всего на свете сейчас хотелось забыть лица боевых товарищей и помнить только о близких, которые рядом с ними. Да и к тому же, следовало узнать у законной супруги, что так отвлекло ее от встречи в аэропорту мужа, которого она не видела почти десять месяцев.
И вот Логан стоял у двери в квартиру с армейским рюкзаком на плечах, облаченный в военную форму и тяжелые ботинки. Наверняка весь дом слышал, как он тяжело ступал по лестнице. Юноша протянул руку к звонку и нажал на него. Правда в том, что Логан не любил ругаться, но и ходить в лапшой на ушах ему тоже не хотелось.
За дверью послышались шаги. Юноша постарался придать своему лицу максимально радостное выражение лица.
– Логан! – воскликнула Элисон, появляясь на пороге. – Боже, разве ты должен был приехать сегодня? Я была уверена, что завтра! – притворство в голосе девушки звучало почти искренне. – Ох, что же это мы? Проходи скорее!
Она отступила, позволяя Логану войти в квартиру. Девушка обняла его и попыталась поцеловать, но юноша отстранился.
– Ты чего, милый? – своим сладким голосочком пропела Элисон.
– Давай не будем притворяться, что все нормально? – вполне разумно предложил юноша, ставя свою сумку у входа.
– Я просто перепутала дни! – возмутилась девушка.
Логан вздохнул еще раз. «Чем же нужно было здесь заниматься, чтобы перепутать дни?» – подумал он.
– Эли, слушай, давай пройдем в гостиную и поговорим там? – выдвинул предложение юноша. – Я только что пересек полмира и очень устал.
Девушка улыбнулась:
– Конечно, милый. Прими душ, отдохни. Должно  быть, ты просто переутомился с дороги и все кажется тебе совсем не таким, какое оно есть на самом деле.
Логан многое бы отдал за то, чтобы так оно и было, но он чувствовал, что в этот раз дело не просто в перепутанных датах. Юноша прошел в спальню, снял с себя военную форму и открыл шкаф, чтобы ее повесить. Некоторое время он в недоумении смотрел внутрь него, а потом повернулся к жене, покусывающей губу, и спросил:
– Эли? А где все мои вещи?
Девушка, избегая смотреть в глаза Логану, ответила через несколько секунд:
– Ну, тебя так долго не было... и я решила их убрать, чтобы они не пылились.
Райан стоял посреди комнаты в одних трусах, но чувствовал себя идиотом не из-за этого: сегодня был день самых нелепых отмазок в его жизни. Он ничего не сказал, а просто бросил форму на кровать и отправился в душ, о котором так давно мечтал.
Но и там его ожидал сюрприз. Среди многочисленных баночек и кремов Элисон стояла пена для бритья, рядом – чей-то станок, и Логан знал, что определенно не его, потому что видел рекламу этой новинки сегодня в аэропорту. В шкафчике в ванной стоял гель для душа с мятой, запах которой Райан ненавидел, а потому всегда покупал что-то вроде «морской свежести» или чего-то подобного.
В эту секунду Логан понял, что без сомнений подпишется на очередную командировку, потому что в мирную жизнь приехал просто развестись.
–... я перезвоню, – встретил юношу голос жены, когда он вышел из душа.
Ему пришлось обвязаться полотенцем для рук, потому что второго там не оказалось. Райан вернулся в прихожую и достал из сумки джинсы и рубашку, ставшую ему свободной после десяти месяцев в Ираке. Когда он оделся в мирную одежду и, наконец, окончательно осознал, что находится в Нью Йорке, а не в лагере посреди посреди пустыни, Логан вернулся в гостиную и упал на диван.
– Знаешь, ты не писала мне почти полгода, – заметил он, после нескольких минут молчания.
– Должно быть, мои письма просто не доходили, – не согласилась  Элисон.
Юноша вздохнул:
– Бумажные – возможно, но не электронные же!
Снова повисло молчание.
– Слушай, Логан, – начала девушка, – тебя не было десять месяцев. Первое время мне казалось это даже романтичным. Ну, знаешь, жена солдата, надеется и ждет. Я считала дни, представляла, как ты спустишься с трапа самолета и обнимешь меня... А потом, понимаешь, однажды я просто поняла, что я живу какой-то несбыточной мечтой. Что тебя не будет еще полгода, а я трачу свою жизнь в пустую! А если ты не вернешься? Мне что, поставить на себе крест? Мне всего двадцать,  а я живу как монашка в келье.
Райан поднял на девушку свое удивленное лицо:
– То есть, ты начала подыскивать мне замену?
Элисон возвела глаза к небу, как бы говоря: «Ты не понимаешь!»
– Мне было страшно.
– Поэтому ты на всякий случай меня похоронила? – Логан усмехнулся. – Ну да, это же существенно увеличивает шансы на возвращение домой.
Девушка довольно строго посмотрела на него.
– Не вини меня в этом. Когда я выходила за тебя замуж, ты не говорил, что мечтаешь найти работу на другом конце света. Я думала, ты пойдешь в колледж, станешь известным юристом, мы переедем куда-нибудь поближе к побережью, заведем детишек...
– Прости, что нарушил твои планы собственными  взглядами на жизнь, – довольно резко бросил Логан.
– Взгляды? Это не взгляды, это ребячество!
– Я пошел в армию, чтобы доказать, что я больше не ребенок.
– Вот именно, – Элисон хлопнула ладонями по коленям, заставив мужа вздрогнуть, – чтобы что-то доказать. Кому? Мне? Я всегда знала, что ты большой мальчик. Отцу? Разве он обратил внимание? По-моему, ты лишь доказал, что наш брак был большой ошибкой.
Девушка перевела дух. Юноша молчал.
– Война изменила тебя, Логан, – добавила Элисон.
Райан удивился:
– Откуда тебе знать? Ты видела меня всего полчаса.
– Вот именно! – объяснила девушка. – Я не видела тебя почти год. Но тот Логан, который сидит передо мной, похож на брата-близнеца моего мужа. Посмотри на себя! Ты вздрогнул, когда я случайно хлопнула по коленям. Я читала об этом в интернете. Прости, но я не смогу жить, беспокоясь о том, чтобы не испугать тебя. А что, если дальше будет только хуже? Ты совсем чужой мне. Наша общая тема для разговора – практически ссора.
– Мы могли бы нагнать упущенное. Многие семьи так делают, – не согласился Логан.
– Если ты пытаешься доказать мне, что я развалила наш брак, то вот тебе пара вопросов, ответив на которые ты сам поймешь, о чем я. Ты видел «Господина Никто»? «Новолуние»?  Шестую часть «Гарри Поттера»? Ты знаешь про новый альбом нашей любимой группы? Может быть, ты в курсе, что на месте кофейни, в которой мы познакомились, построили магазин игрушек? Или что я пью карамельный латте без сахара по утрам, когда иду на работу от Лексингтон-авеню? Да, может ты знаешь, что офис моего издательства переехал?
Юноша молчал. Он действительно выпал из реальности. Он не знал о новинках проката, не слушал свой плеер почти год, не имел ни малейшего понятия о жизни Элисон без него.
– Но затем люди и нужны друг другу! – попытался объяснить свою точку зрения Логан. – Ты могла бы рассказать мне об этом. Я писал тебе про все, что казалось мне важным.
– Ты должен был быть рядом и видеть все это сам, – заметила девушка.
Юноша закрыл глаза.
– Нет, Элисон, ты не можешь меня обвинять в том, что я хочу защищать свою страну. Нас с тобой, – с мольбой в голосе произнес Логан.
– Страну ты может быть и защитил, но не нас. Прости, – ответила она.
Юноша посмотрел на свою жену. Выходит, он поторопился с назначением миссис Райан. Или Эли действительно права и Логан разрушил все своими руками?
– Знаешь, я, пожалуй, пойду, – сообщил юноша, поднимаясь.
– Куда? – удивилась девушка, поднимаясь вместе с ним. – Брось. Оставайся, я постелю тебе на диване. Мы ведь не чужие друг другу люди.
– Ты сама сказала, что я больше похож на брата-близнеца Логана, – заметил Райан, – что я тебе – чужой.
– Не цепляйся к словам, – Элисон улыбнулась, – тебе все равно не куда больше идти.
Юноша решительно направился к выходу.
– Я пойду, прогуляюсь. Заберу вещи утром.
– Логан, не глупи.
– Можешь позвать сюда того, кто здесь обычно был вместо меня, – распалялся Райан.
– Логан! – пыталась успокоить его Элисон.
– С документами справишься сама? Сможешь дойти до почты и послать их мне? Или лучше зайти еще раз, чтобы не утруждать тебя? – продолжал накручивать себя юноша.
Он открыл дверь в коридор и решительно переступил порог.
– Знаешь, что, Райан? – догнал его голос Эли. – Если бы ты действительно хотел все вернуть, ты бы заметил, что я изменила прическу, которая, в отличии от твоей, не является следствием того, что в Ираке. Просто. Нет. Парикмахерских! – тон ее голоса нарастал и апогеем его стал грохот захлопнувшейся за ним двери, едва не прищемившей ему палец.
Логан оперся на нее с другой стороны и задумчиво посмотрел на часы. Солнце в Америке только склонялось к горизонту, но в Ираке уже была глубокая ночь, а потому Райану нестерпимо хотелось спать. Идти ему было действительно некуда – тут Элисон была абсолютно права. За десять месяцев отсутствия он растерял все свои старые контакты, даже, как выяснилось, жену. Ни мобильного, ни денег, ни документов – все осталось лежать в военной форме. Так что единственное место, куда он может пойти, – составить компанию нью-йоркским бездомным где-нибудь в парке. Если за время его отсутствия это не запретили, конечно.

+1

3

Жизнь просто прекрасна, когда тебе двадцать два года. Оливер Коллинз знал об этом не понаслышке, и он наслаждался каждым днем, живя на полную катушку и получая максимум удовольствия. Парень не мог вспомнить, когда еще он в своей жизни чувствовал себя настолько счастливым, свободным и беспечным. Сейчас он жил только для себя. Нет, он не устраивал пьяные дебоши, не проводил дни и ночи под воздействием наркотиков, не вел себя так, будто на нем свет клином сошелся. Он был вежлив и приветлив, не отказывался от подработок, хотя деньги из бара регулярно приходили ему на карточку. Оливер излучал оптимизм, не позволял хоть чему-то испортить себе настроение. Он избегал всего того, что считал скучным, неуместным, недостойным. Юноша ощущал себя свободным и вольным, как ветер. Без полутонов и каких-то ограничений.
Прошло примерно четыре месяца, как он покинул бар. Бар, где последнее время все угнетало его. Где каждая деталь напоминала ему о несправедливости и смерти. Изо дня в день обслуживая равнодушных кровососов, Коллинз начинал думать, будто сам отдает им собственную жизнь. Его отчаянно потянуло уехать. Он не знал куда и зачем, он не знал, насколько. Однажды он просто сорвался с места, наскоро попрощавшись с близкими, добрался до города, а там сел в автобус и отправился в свободное плаванье... И это его затянуло.
Бродячая жизнь - самое лучшее, что случалось с Оливером когда-либо. Может быть, из-за того что он был очень простым в этом плане, а может, потому что он с детства жил на два дома, но для юноши просто не существовало такого понятия как "родина", в том смысле, в котором его привыкли видеть остальные. Нет, он любил свой семейный бар и с нежным трепетом вспоминал двор, где был их с мамой дом, но тем не менее, он не мог сказать, что привязан к какому-то месту, городу или даже стране. Он ощущал себя, как житель целой Земли, всей планеты. Может быть, это немного не патриотично, но Коллинз не видел смысла отстаивать "честь страны" или что-то вроде того. Ведь на каждой земле достаточно и своих праведников, и своих мерзавцев. Оливер был свободен ото всех предрассудков, поэтому он не опасаясь разъезжал по стране, сменяя дома, города, штаты. Перед его глазами чередой проносились места, здания, люди. Он был невольным свидетелем чьих-то взлетов и падений. Друзья на пару недель. Знакомые на одни сутки. Любовь на одну ночь. Ничто не могло задержать его в городе, если тот ему внезапно надоел. Он легко говорил "До свидания", избегая печально слова "Прощай", потому что был уверен, что рано или поздно они вновь столкнуться. И хотя Оливер не верил в судьбу и предназначение, ему казалось, что встретившись ему на пути однажды люди не исчезают из его жизни навсегда. Юношеский максимализм, желание чего-то большего или просто жизненное ощущение - кто знает?
И все же Оливер Коллинз не совсем отошел от дел. Он практически постоянно встречался со своими знакомыми и приятелями вампирами. Иногда совершенно случайно. Иногда, намеренно заваливаясь к ним в дом, с лукавым напоминанием: "Ты приглашал меня как-нибудь провести вместе выходные". Оливер был умным парнем, потому-то он и выбирал для подобных целей только благостно расположенных к нему зубастиков. Вообще, Коллинз нравился большинству из своих клиентов. Кое-кто был к нему равнодушен и пара-тройка особенно злых тварей его презирали. К таким он не приближался, понимая, что за пределами бара они вполне могут пустить его на закуску, если рядом не будет более достойного кандидата на эту роль. Тем не менее, из этих поездок Оливер узнал для себя много нового. Его познания о сверхъестественном мире немного расширились, он познакомился с новыми потенциальными клиентами и уже прорекламировал свой бар, оставив координаты и пообещав скидку некоторым особо приглянувшимся ему вампирам.
Оливер был в Нью-Йорке уже месяц. По правде говоря, это был первый город, где юноша задержался так долго. Стоит сказать, что это было не просто какое-то наваждение, или, к примеру, у Оливера просто так быстро закончилась фантазия и он просто не знал, куда ему поехать дальше. Нет, в первый день своего пребывания здесь, он как всегда поселился в мотеле, но уже через пару часов понял, что этот большой город - действительно очень интересный, похожий на гигантское живое существо. Нет, за пару дней от него не отделаться. За неделю он не надоест. И тогда Коллинз в первый раз за все время переехал из безликого номера. Он снял недорогую квартиру и отлично там обустроился. И на данный момент покидать Нью-Йорк парень не планировал.
Сегодня днем он столкнулся с Бредли - отличным парнем 1823 года рождения. Он был одним из первых клиентов отца Оливера, поклонником Нью-Йорка и, кроме того, обладателем магического кулона, позволяющего ему ходить днем, что было значимо для Коллинза, которому уже надоело встречать своих знакомых только по ночам. Бредли рассказал, что долгое время работал с базами данных, а сейчас для развлечения подался в федеральное бюро расследований. Помимо этого, вампир поведал о маленькой забегаловке "У Макса", где по его словам готовят самую лучшую пиццу в городе. Когда Оливер расстался со знакомым, он обнаружил, что страшно проголодался, поэтому юноша решил провести свое собственное расследование. Скажем прямо - он не пожалел, после первого же кусочка, восклицая на всю округу, что это самая вкусная пицца в его жизни. Молоденькая официантка Люси была польщена и приятно удивлена подобному поведению парня. Заметив ее благосклонность, парень не упустил шанса попросить у девушки номер телефона и, к счастью, не прогадал.
Оливер возвращался домой под вечер в самом прекрасном расположении духа и с коробкой пиццы в руках. В подъезде он вытащил газету из своего почтового ящика и пробежался глазами по заголовкам. Политические дебаты, сенсационные заявления ученых, открытие нового колледжа... Что ж, будет любопытно почитать обо всем на досуге. Взгляд Оливера привлекло интригующее название: "Несчастный случай оказался не случайным". Заинтересовавшись, Коллинз даже притормозил и открыл статью. Однако подзаголовок, гласящий "Полицейские Байонна получили анонимную записку, автор которой признался в убийстве" сбил весь его интерес. Оливер-то было подумал, что это какое-нибудь сверхъестественное происшествие, а тут просто банальный псих.
Оливер еще не успел подойти к своей квартире, как вдруг услышал голоса соседей. Не сказать, что бы они кричали друг на друга, что есть мочи, однако их звенящие голоса были прекрасно слышны в тихом коридоре.
– Логан! - услышал Оливер женский голос. Кажется, это была Элисон. Странно, вроде ее нового бойфренда звали Джастин?.. Или она с ним уже порвала? В прочем, без разницы, Оливер не настолько любопытен. Тем не менее, Коллинз замедлил шаг и не спешил подходить к своей квартире: судя по всему, ссора "влюбленных" происходила у самого выхода. Так что если кто-то из них сейчас выскочит наружу вряд ли им будет приятно видеть перед собой лицо постороннего зрителя.
– С документами справишься сама? Сможешь дойти до почты и послать их мне? Или лучше зайти еще раз, чтобы не утруждать тебя?
Невольный "подслушиватель" удивился. Документы? Уж не муж ли это ее вернулся?.. Догадка подтвердилась, когда говорящий вышел в коридор, а Элисон зло бросила ему вслед, захлопывая дверь:
– Знаешь, что, Райан? Если бы ты действительно хотел все вернуть, ты бы заметил, что я изменила прическу, которая, в отличии от твоей, не является следствием того, что в Ираке. Просто. Нет. Парикмахерских!
Оливер смутился, глядя на то, как не видящий его юноша равнодушно смотрит на часы, явно не зная, куда ему дальше податься. Элисон нельзя было назвать иначе, как стервой, и Коллинз об этом прекрасно знал. Он искренне сочувствовал этому солдату, который заслуживал любви и уважения, а получил лишь нож в спину от любимой женщины. Понимая, что сам он мало чем может помочь в этой ситуации, Оливер, тем не менее, решил сделать для своего соседа хоть что-то. Юноша перехватил по удобнее коробку с пиццей и направился к Райану.
— Привет, - немного нелепо начал он, улыбнувшись, хотя сам ни на каплю не ощутил смятения или смущения. Парень протянул руку, попутно представляясь, - Я - Оливер Коллинз, недавно сюда переехал, - многозначительный кивок на собственные двери, - А ты, должно быть, Логан Райан, да? Не знал, что ты вернулся в город...
Оливер взглянул на пиццу в своих руках, на дверь квартиры и абсолютно искренне произнес:
— Как-то глупо так стоять... - Коллинз повернул ключ в замке, и дверь распахнулась, - Надеюсь, ты составишь мне компанию? Хочешь чаю? Или чего-нибудь покрепче? Кстати, пицца тоже просто обалдеть, поделюсь с удовольствием!
Оливер перешагнул порог своего дома и с ожиданием посмотрел на Логана. Он искренне надеялся, что не спугнул солдата своей чрезмерной болтовней и оглушающим дружелюбием. Хотя, если быть честным, Оливер ведь даже не пригласил Райана войти. Что поделать - Коллинз любил перестраховываться. Ему очень не хотелось однажды проснуться среди ночи и увидеть какого-нибудь вампира, нависающего над ним.

0

4

Логан уже собирался отлипнуть от двери, рядом с которой застрял, будто ожидая, что все произошедшее – дурной сон, когда обнаружил, что он в коридоре не один. Райан на некоторое время откровенно уставился на юношу, зажавшего коробку пиццы под мышкой, а после, осознав, что делать так – как минимум – не прилично, отвел взгляд. Впрочем, видимо, его сосед понял все не совсем так, как оно было, а потому решил с ним пообщаться.
— Привет, я - Оливер Коллинз, недавно сюда переехал, - представился он.
Юноша только собрался открыть рот, чтобы представиться, но собеседник опередил его:
– А ты, должно быть, Логан Райан, да? Не знал, что ты вернулся в город...
Он задумчиво почесал затылок и нахмурился:
– Откуда ты знаешь мое имя? – вместо подтверждения спросил Логан.
Война отучила его доверять незнакомцам.
– И вообще что-либо обо мне, – добавил Райан.
Он имел некоторые подозрения, касательные того, что Элисон, наверняка, познакомилась с этим парнем даже раньше, чем он сюда переехал. Кто знает, может этот Оливер вообще переехал сюда из-за нее?
Новоиспеченный сосед, однако, был настроен весьма дружелюбно. Он даже открыл дверь в свою квартиру, где никто не рассказывал ему сказки про то, чем она занималась десять месяцев его отсутствия.
– Надеюсь, ты составишь мне компанию? Хочешь чаю? Или чего-нибудь покрепче? Кстати, пицца тоже просто обалдеть, поделюсь с удовольствием! – Оливер, фактически, предложил ему войти к нему.
В глубине квартиры виднелся небольшой диван, увидев который Логан понял, что должен войти туда и составить одинокому предмету мебели компанию на эту ночь. Да и к тому же, инстинкты, обостренные на войне, работали во всю и подсказывали, что этот парень – в доску свой и совершенно не опасен.
– Чего-нибудь покрепче было бы очень кстати, – уже мягче ответил Райан, нерешительно переступая порог дома, а после отодвигаясь в сторону со словами: – Только будь добр, пройди вперед, терпеть не могу, когда кто-то маячит за спиной.
Логан прошел внутрь квартиры и весьма по-свойски уселся за стол.
«Не плохо было бы сейчас пропустить по стаканчику - другому скотча, – подумал он, но вовремя спохватился: – но увлекаться нельзя».
– Только по чуть-чуть. Несмотря на то что я, видимо, скоро перейду обратно в команду холостяков, спиться на фоне войны – раз плюнуть, – больше себе, нежели Оливеру, напомнил он.

0

5

К счастью, Логан не испугался напора Оливера. Хотя немного напрягся. По правде говоря, Коллинз бы сам удивился, если бы кто-то так активно заинтересовался его личностью.
– Откуда ты знаешь мое имя? - осведомился военный. Из этого вопроса, Коллинз сделал вывод, что Логан не подозревает о том, что их конфликт с женой был случайно подслушан Оливером. Что ж, тем лучше. Если Райан захочет с ним поделиться, то всегда пожалуйста. Если же нет... Не его это дело. Совсем не его. Даже если учитывать то, что с Элисон они даже... э-э-э... вроде как подружились на первых порах.
– И вообще что-либо обо мне? - продолжил интересоваться Логан. Оливер слегка пожал плечами, собираясь тут же ответить. Однако от его неловкого движения сегодняшняя газета упала на пол. Коллинз быстро поднял ее и бросил на тумбочку в прихожей, после чего все же ответил Райану:
— Ну, я человек общительный... Мистер Таболт рассказывал про тебя... К слову говоря, кажется, ты ему очень нравишься... Правда, он сказал, что ты глупо сделал, что не пошел, в военную академию... Ну да в принципе, какая разница?
Но дело было в том, что Рендал Таболт рассказал Оливеру про Логана очень вовремя, хотя, возможно, он сам об этом не подозревал.
Оливер встретился взглядом с Логаном и понял, что он принял его дружелюбие. Коллинз мог поставить что угодно на то, что Райан согласиться зайти. И верно:
– Чего-нибудь покрепче было бы очень кстати.
Оливер кивнул, прикидывая про себя, что выпивки у него достаточно да и закуска приличная тоже есть. А это уже процентов на восемьдесят гарантирует довольно дружественную атмосферу.
– Только будь добр, пройди вперед, терпеть не могу, когда кто-то маячит за спиной.
— Нет проблем, - бесхитростно ответил Коллинз, тем не менее, протянувшись рукой за гостя и закрыв дверь. После этого Оливер прошел внутрь квартиры. Он положил на стол пиццу, достал из буфета только недавно открытую бутылку виски, а из холодильника вынул нарезанный аккуратными кружочками лимон, который он от скуки вчера покромсал. Коллинз положил припасы перед Логаном и на мгновение-другое задумался, после чего понял, что для полной картины не хватает бокалов для виски. Не из горла же пить, право. После того, как необходимая посуда была найдена и очищена от пыли, Коллинз почувствовал себя в своей тарелке.
– Только по чуть-чуть. Несмотря на то что я, видимо, скоро перейду обратно в команду холостяков, спиться на фоне войны – раз плюнуть.
Оливер немного замялся:
— М-м-м... Ну да, я и не собирался тебя спаивать, - заметил парень с неким подобием улыбки, наливая виски в бокалы, - Откуда я знаю, вдруг ты пьяный подраться захочешь?

0

6

Райан с трудом подавил зевок. Он только-только заглянул в гости, точнее даже сказать, в них напросился, а уже клевал носом.
— Ну, я человек общительный... – объяснил свое всезнание Оливер.
– Я заметил, – усмехнулся Логан.
К этому времени он уже и сам догадался, что их ссору наверняка слышали все соседи аж до первого этажа, чего уж говорить о человеке, который практически стоял у их двери.
– Мистер Таболт рассказывал про тебя... К слову говоря, кажется, ты ему очень нравишься... – продолжил Оливер.
Логан напрягся, пытаясь вспомнить о ком он говорит, и почему эта фамилия кажется ему такой знакомой. Наконец он вспомнил: не в меру общительный старичок с первого этажа, который даже поздоровался с ним час назад. Похоже, память у него была получше молодого Логана. Или мозг того уже уснул, оставив бренное тело без информационной поддержки.
– Ох, я нравлюсь даже мистеру Таболту, но не своей жене, – довольно грустно  сказал юноша, заметно мрачнея. – Эх, были времена...
Логан остановился, понимая, что забрел не в ту степь. Он был уверен, что меньше всего на свете его гостеприимному соседу хотелось слушать его нудные истории про «она его любила, но его долго не было, и она полюбила другого».
– Правда, он сказал, что ты глупо сделал, что не пошел, в военную академию... Ну да в принципе, какая разница? – передал ментальный привет от мистера Таболта Оливер.
Логан вздохнул:
– В этом и был смысл. Я никогда не хотел связать свою жизнь с армией. Я хотел посмотреть, на что я способен, доказать что-то, – он осекся, вспоминая, как отчитала его жена после этих слов, – не важно. Я знаю точно, что командовать, отдавать приказы – этого я никогда не хотел. Действовать – вот что мне нужно. А потом... Потом я стану кем-то еще.
Гостеприимный хозяин некоторое время разыскивал стаканы и даже стер с них пыль, заставив Райана усмехнуться.
— М-м-м... Ну да, я и не собирался тебя спаивать.
– Ты протираешь бокалы как бармен со стажем работы. Теперь я определенно уверен, что именно это ты и собирался сделать.
Логан продолжал улыбаться. Обычный разговор – вот чего ему так не хватало. В Ираке особо не поболтаешь, пока ты на задании, а после хочется только спать, и ни о чем больше думать уже не  можешь.
– Откуда я знаю, вдруг ты пьяный подраться захочешь? – заметил парень.
Логан от него отмахнулся:
– Что ты! Я с драками завязал, – он помолчал немного и добавил: – Пока.
Райан с благодарностью взял свой стакан и поднял его.
– Не против, если я скажу кое-что? – он продолжил, не дожидаясь согласия. – Возможно, тебе покажется банальным и скучным то, что я хочу сказать, но... Давай выпьем за то, чтобы каждый вернулся домой. Хотя бы сегодня, если этот мир не может позволить себе такой роскоши, как мир и порядок.
Логан отпил из стакана и быстро сунул в рот лимон. Пожалуй, да. Хороший виски – то, чего ему не хватало все это время.

0

7

Оливер пытался быть гостеприимным. А еще он очень сильно старался как-нибудь ненавязчиво перейти на тему ночевки. Коллинз не хотел, чтобы его предложение звучало, как подачка или что-то вроде того. Ему хотелось как можно безболезненнее затронуть этот вопрос, дабы Райан понял, что это не вынужденное предложение из жалости, а что Оливер действительно все понимает и хочет помочь. Обычно военные дико гордые - они не просят помощи сами и стараются ее не принимать. Коллинз знает - не раз с таким сталкивался. А иногда сам себя так вел, хотя его можно было назвать военным с большой натяжкой.
— Кстати, надолго переоделся в гражданское? - поинтересовался Оливер, присаживаясь рядом с Логаном, - Уже закончил службу или скоро вновь собираешься командироваться?
Если честно, Оливер не совсем хорошо понимал, о чем ему следует говорить с этим воякой. Про мирную жизнь? Про войну? Или найти тему между этими двумя понятиями? Кто знает, повернут ли Райан на службе, или, наоборот, хочет скорее ее забыть?
– Ох, я нравлюсь даже мистеру Таболту, но не своей жене. Эх, были времена...
Оливер смущенно опустил глаза. Обманутый муж говорит о своих проблемах не стесняясь. Может, это и есть подходящий повод действовать?
— Логан, послушай... - Коллинз машинально дотронулся до своего нательного креста, - Не пойми меня неправильно, но если тебе... нужна помощь, если тебе нужно где-то переночевать... То можешь оставаться у меня. Диван полностью в твоем распоряжении.
Оливер опустил руки на колени. Раньше он никогда не предлагал никому подобную помощь. Нет, конечно, девушки оставались у него на ночь, а друзья под градусом укладывались где только можно, но сегодня ситуация была все равно несколько иная. И Коллинз страшно хотел, чтобы все прошло гладко, а гордый Райан сейчас же не встал и ушел, спешно прощаясь.
– В этом и был смысл. Я никогда не хотел связать свою жизнь с армией. Я хотел посмотреть, на что я способен, доказать что-то, не важно. Я знаю точно, что командовать, отдавать приказы – этого я никогда не хотел. Действовать – вот что мне нужно. А потом... Потом я стану кем-то еще.
Что ж, на один мысленный вопрос Оливера Логан ответил и сполна. Ему не нужна была война. Он просто хотел поступать правильно. Что ж, достойно уважения.
— По-моему, отличная жизненная позиция, - признался Коллинз. Сам-то он жил совсем иначе: пользы от него было ноль. Зато ему не было скучно. Совсем.
– Ты протираешь бокалы как бармен со стажем работы. Теперь я определенно уверен, что именно это ты и собирался сделать.
— Боже мой, неужели так заметно? - парень даже в ладоши хлопнул, но быстро продолжил, - Не то, что я кого-то там спаивать собираюсь. Я просто действительно имею этот... э-э-э... стаж. Я всю жизнь провел в отцовском баре, так что все эти штучки у меня в крови... Ну, и практики, естественно, у меня было хоть отбавляй.
Логан улыбался и с души Коллинза будто камень свалился. Кажется, он делает все правильно. По крайней мере, он очень сильно на это надеялся.
– Что ты! Я с драками завязал. Пока.
Оливер улыбнулся одним уголком губ.
«Думаю, тебе скорее всего захочется подраться, если ты спросишь, знаком ли я с Элисон».
Потому что, если бы Райан об этом спросил, то Коллинз бы не стал ему врать и выложил бы все начистоту. Неприятно, конечно, но кто-кто, а муж должен знать все о жене. Хотя, в принципе, он и так знает. Иначе не стал бы сидеть здесь сейчас и пить со своим новым соседом.
– Не против, если я скажу кое-что?
Оливер успел кивнуть, хотя судя по всему, одобрение Коллинза и не нужно было говорившему.
– Возможно, тебе покажется банальным и скучным то, что я хочу сказать, но... Давай выпьем за то, чтобы каждый вернулся домой. Хотя бы сегодня, если этот мир не может позволить себе такой роскоши, как мир и порядок.
Юноша осушил свой бокал и закусил губу. Может быть действительно: банально и скучно. Но так правильно. И хотя, вероятно, они думали о разном, но Оливер мигом почувствовал, что это не просто парень, которого он приютил из солидарности. Это действительно правильный человек. С правильными мыслями и поступками. И Коллинз хотел верить, что у них сегодня получится стать приятелями.

0

8

Логан вздохнул. Он чуть-чуть захмелел – и это было так правильно. Все его проблемы, вроде неверной жены или после военной адаптации, сделали шаг назад в его подсознании, освободили немного места в его голове, чтобы порадоваться сегодняшнему уходящему дню.
— Кстати, надолго переоделся в гражданское? – поинтересовался Оливер. –- Уже закончил службу или скоро вновь собираешься командироваться?
Райан пожал плечами.
– Десять месяцев назад я думал, что командируюсь туда один раз. А потом... Подам документы в университет, стану кем-нибудь, вроде адвоката или юриста, мы с Эли переберемся из пыльного города куда-нибудь к океану... Но, выходит, что всем моим мечтам пришел конец, потому что я не так стригусь и вообще уехал в Ирак. – довольно грустно подметил Логан. – Поэтому, думаю, через пару месяцев отправлюсь туда снова.
Райан с трудом подавил зевок в очередной раз. В Ираке два часа ночи, а он не спал с самого утра. Очень вовремя Оливер предложил, очевидно, волнуясь:
— Логан, послушай... Не пойми меня неправильно, но если тебе... нужна помощь, если тебе нужно где-то переночевать... То можешь оставаться у меня. Диван полностью в твоем распоряжении.
Юноша мечтательно похлопал по спинке оного предмета мебели и, внезапно, хихикнул:
– Знаешь, почему я зашел к тебе? Твой диван... он... привлек меня. Можно сказать, позвал. Не то, чтобы я слышу голоса в голове, но этот диван... Я собирался лечь на нем спать в любом случае. Даже, если бы ты закрыл дверь и забаррикадировался изнутри. Я... не знаю, попытался бы залезть в окно?
Логан прямо физически ощущал, что его понесло. Он просто захмелел и мир вдруг показался ему таким хорошим. Во всяком случае, в пределах этой квартиры точно.
– Не то, что я кого-то там спаивать собираюсь. Я просто действительно имею этот... э-э-э... стаж. Я всю жизнь провел в отцовском баре, так что все эти штучки у меня в крови... Ну, и практики, естественно, у меня было хоть отбавляй, – объяснил свой стаканный профессионализм Оливер.
Райан усмехнулся:
– Мой отец – врач. Глава отделения, большая шишка и все такое. Когда я закончил школу, он сказал, что я должен пойти по его стопам, что медицина – единственное правильное дело для человека. Еще он сказал, что если я пойду в армию, он откажется от меня, потому что война – не способ спасти людские жизни. Как видишь, я только что из Ирака. И знаешь, что обидно? В школе у меня была куча друзей, потому что отец спонсировал любые вечеринки и развлечения. Но я отказался от всего этого, не пошел кутить и дальше в колледж, пошел в армию. И что? Никто не приехал в аэропорт. Отец сделал вид, что не знает кто я, как только я подписал контракт. Эли «перепутала даты». Все «друзья» ушли в закат. – Логан заметно погрустнел. – Это не правильно, Оливер. Я не прошу, чтобы меня считали героем. Я просто прошу вспомнить обо мне впервые за десять месяцев.
Райан вдруг собрался и, перестав растекаться по дивану, сел по-компактнее.
– Слушай, наверное, ты меня сюда позвал не для того, чтобы слушать нытье одинокого солдата. Так что я не обижусь, если ты предложишь поговорить о девушках на солнечных пляжах в Майами, или о ценах на нефть, или еще о чем-то таком, в чем я не смыслю.
Логан сказал это весьма серьезно. Он действительно не будет в обиде – Оливер не нанимался ему в психологи-волонтеры. Но как бы ему хотелось еще немного поговорить за жизнь.

0

9

Оливер взглянул на бутылку виски и внезапно про себя подумал, что с одного полного бокала ему ни горячо, ни холодно. Он даже понюхал свой стакан, будто не был окончательно уверен: а не чай ли это? Однако нет, все тот же виски. Старый ирландский виски, несколько бутылок которого он ловко утянул из семейного бара. Вполне возможно, что последнее время он все же немного перебарщивал с сильным алкоголем и натренировал свой организм не очень-то реагировать на подобную "мелкую" провокацию. Оливер не придумал ничего лучше, чем вновь щедро плеснуть себе в бокал напиток.
Его собрат по бутылке внезапно разговорился. Чувствовалось, что ему хотелось нормальной человеческой беседы. Когда она в последний раз у него была, интересно?
– Десять месяцев назад я думал, что командируюсь туда один раз. А потом... Подам документы в университет, стану кем-нибудь, вроде адвоката или юриста, мы с Эли переберемся из пыльного города куда-нибудь к океану... Но, выходит, что всем моим мечтам пришел конец, потому что я не так стригусь и вообще уехал в Ирак. Поэтому, думаю, через пару месяцев отправлюсь туда снова.
— А ты в этом уверен? - осторожно осведомился юноша, - Нет, правда, стоит ли нарушать собственные планы из-за... этого? Это все-таки твоя жизнь. И я бы на твоем месте не спешил так радикально решать. Ну, по-крайней мере, не прямо сейчас. Не сегодня.
На предложение о ночлеге Райан отреагировал как нельзя хорошо. Он не стал оскорбляться или вставать в позу. Более того, он издал какой-то неясный смешок, чем очень сильно удивил Коллинза, а потом пустился в весьма странные объяснения:
– Знаешь, почему я зашел к тебе? Твой диван... он... привлек меня. Можно сказать, позвал. Не то, чтобы я слышу голоса в голове, но этот диван...
Оливер присвистнул:
— Один раз, девушка говорила нечто подобное о моих шторах в гостиной. И, знаешь, это было не менее странно.
—  Я собирался лечь на нем спать в любом случае. Даже, если бы ты закрыл дверь и забаррикадировался изнутри. Я... не знаю, попытался бы залезть в окно?
— Боже! - засмеялся Оливер, - Хозяйка сделала мне настоящий подарок! Это же магический гипнотический диван! А я-то дурак, хотел его заменить на что-нибудь поновее... Интересно, он только на солдат в увольнении так действует?
Коллинз снова осушил свой бокал и слегка поморщился. Вот теперь, кажется, алкоголь решился на отважные меры по оккупации его организма. Для Оливера это было хорошим знаком. Он не любил сидеть в абсолютной трезвости в компании подвыпивших друзей. Это было как минимум не в его правилах.
– Мой отец – врач. Глава отделения, большая шишка и все такое. Когда я закончил школу, он сказал, что я должен пойти по его стопам, что медицина – единственное правильное дело для человека. Еще он сказал, что если я пойду в армию, он откажется от меня, потому что война – не способ спасти людские жизни.
Оливер молчал и лицо его не выражало ничего кроме внимания к собеседнику, однако он был вполне согласен с его отцом. Не в плане отказа от родного сына (вот это уж бред, которого ни один из Коллинзов никогда бы не принял!), но логично было его уверение о спасении жизней. Нынешняя политика такова, что освобождения никакого и нет. Захват, насильное внедрение, все это не ведет к процветанию: в результате только смерть, разрушения, да покалеченные судьбы. Хотя, к черту политику. К черту.
— И знаешь, что обидно?... Никто не приехал в аэропорт. Отец сделал вид, что не знает кто я, как только я подписал контракт. Эли «перепутала даты». Все «друзья» ушли в закат.
Коллинз поморщился и покачал головой. Жестко. А вернее, жестоко. И очень неправильно. Сам Оливер знал: окажись он в подобной ситуации при возвращении в родные края, его встретят по первому разряду. Возможно даже кто-нибудь из сверхъестественных дружков придумает что-нибудь интересное. Поездку в Диснейленд, например, где Коллинз за всю свою жизнь ни разу не был.
– Это не правильно, Оливер. Я не прошу, чтобы меня считали героем. Я просто прошу вспомнить обо мне впервые за десять месяцев.
— Согласен. Но, может быть стоит посмотреть на это под другим углом? Лучше сразу трезво посмотреть на свое окружение, чем в самый неподходящий момент получить от них нож в спину.
Конечно, это не больно-то оптимистичные слова, тем не менее, Оливер надеялся на то, что это правда. Он старался смотреть на мир не так критически, полагаясь на старую поговорку: что не делается, все к лучшему. Хотя порой это было чертовски сложно. А иногда в принципе невозможно.
– Слушай, наверное, ты меня сюда позвал не для того, чтобы слушать нытье одинокого солдата. Так что я не обижусь, если ты предложишь поговорить о девушках на солнечных пляжах в Майами, или о ценах на нефть, или еще о чем-то таком, в чем я не смыслю, - внезапно произнес Логан, чем немного удивил Коллинза. Юноша немного нахмурился и покачал головой:
— Приятель, не думай об этом. Самый лучший разговор для меня, да и в принципе: естественный и ненадуманный. Так что можешь рассказывать что угодно. Или спрашивать о чем угодно. Кстати, ты так и не попробовал пиццу. Очень зря, ибо из-за нее я сегодня днем чуть не сделал предложение официантке.
Оливер усмехнулся, раскрыл коробку и достал для себя один кусок. Пицца немного остыла, но тем не менее, она не потеряла своих вкусовых качеств, в чем парень уже успел убедиться.

0

10

Общаться с новоиспеченным соседом по квартире оказалось приятно. Как и вообще общаться. Посидеть в одиночестве приятно, когда это лишь промежуток между насыщенными человеческими голосами днями.
— А ты в этом уверен? Нет, правда, стоит ли нарушать собственные планы из-за... этого? Это все-таки твоя жизнь. И я бы на твоем месте не спешил так радикально решать. Ну, по-крайней мере, не прямо сейчас. Не сегодня, – проявил участие Оливер.
Логан кивнул и отхлебнул из стакана.
– Возможно. Но, знаешь, такое чувство... Незаконченности. Я еще не сделал чего-то там, – с акцентом на последнее слово произнес юноша, имея в виду Ирак.
На тот бред, что с таким упоением говорил Райан, Коллинз отреагировал, на удивление, нормально.
— Один раз, девушка говорила нечто подобное о моих шторах в гостиной. И, знаешь, это было не менее странно.
Логан всеми силами попытался представить, что может захотеть человек сделать со шторами, но никак не смог придумать. Завернуться? Но зачем? Полетать? Поизображать привидение? Нет, цель той девушки не была ясна Райану.
– Интересно, он только на солдат в увольнении так действует? – тем временем веселился Оливер.
– Возможно, только на сонных соседей, – улыбнулся юноша.
В самом деле, кто еще может, кроме них, углядеть диван в квартире? Не расхаживать же по городу с табличкой: «У меня дома есть кое-что... от чего вы не сможете отказаться» – дабы провести эксперимент.
Что приятно – Коллинз оказался весьма хорошим слушателем. И, что еще приятнее, – неплохим советчиком:
— Согласен. Но, может быть стоит посмотреть на это под другим углом? Лучше сразу трезво посмотреть на свое окружение, чем в самый неподходящий момент получить от них нож в спину.
Логан задумался.
Как чертовски прав этот парень, – подумал он.
– Получается, зря я раскис. Пора вспомнить офицерскую честь и обзавестись новым кругом общения, – хмыкнул юноша. – Проходи, записывайся по одному.
Тут Логан обнаружил, что, похоже, последний раз ел в самолете, если то, что там было, можно назвать пищей. Вернее, вспомнил даже не совсем он, просто что-то в его желудке издало протяжный стон, и Райан поспешил схватиться за пиццу и сунуть ее край в рот.
— Приятель, не думай об этом. Самый лучший разговор для меня, да и в принципе: естественный и ненадуманный. Так что можешь рассказывать что угодно. Или спрашивать о чем угодно. – успокоил его Оливер.
Логан расхохотался:
– Правда? Ну, тогда скажи мне, как тебе моя прическа? – прерываясь, чтобы хихикнуть, спросил Райан.
На самом деле, это был шутливый вопрос, ответ на которые не требовался, а потому Логан продолжил:
– А ты сам, женат? Или девушка есть?
Он вдруг подумал о том, что ведь мог и нарушить планы своему соседу своим появлением. Мало ли, человек надеялся провести вечер с любимой? Или, не дай Бог, дверь откроется, и зайдет девушка с парочкой малолетних детей на руках. Нет-нет-нет. Дети – это прекрасно, но не в данный момент.
Тут-то и выяснилось, что Оливер, определенно, не женат, но кто мешает ему жить в гражданском браке?
– Кстати, ты так и не попробовал пиццу. Очень зря, ибо из-за нее я сегодня днем чуть не сделал предложение официантке.
Логан едва не поперхнулся куском пищи, который успел засунуть себе в рот.
– Пиццу я попробовал. И она действительно вкусная. А вот насчет предложения – не шути так. Как выяснилось, ранние браки – редкостная ерунда, получается.
То есть, конечно, Логану не казалось, будто он безвинная жертва, но все-таки продолжал, как ребенок, надеяться, что кто-то где-то любит его таким, с заскоками и Ираком.

0

11

У Оливера в голове отчего-то зазвучала старая песня, которую он слышал в России. "Я не люблю, когда мне врут, но от правды я тоже устал", - вертелось в его мозгах. Он не знал, почему именно она и почему именно сейчас. Возможно, он ее недавно слышал. А возможно атмосфера этого вечера заставила его вспомнить эти слова, которые, без сомнения, можно было отнести к состоянию его вечернего гостя.
– Возможно. Но, знаешь, такое чувство... Незаконченности. Я еще не сделал чего-то там.
— Я, конечно, не хочу лезть в твои мозги и ворошить там все, но я бы скорее задумался о том, что не сделал здесь... Хотя, к черту демагогию, я ничего и нигде не доделываю до конца. Оставляю лишний повод вернуться назад и попробовать все заново.
Коллинз не знал, зачем он это сказал. Наверное, откровения на откровения. Ему особо и нечего скрывать, кроме того, что клиенты в его баре любят побаловать себя свежей кровью. Больше секретов у Оливера не было, чем он, кстати сказать, был доволен до крайней степени, ибо человек, хранящий слишком много секретов, в конце концов, помешается. Ну, или просто будет очень несчастен. Коллинз не желал себе подобной судьбы.
– Возможно, только на сонных соседей.
— Надеюсь, он не привлечет мистера Пибоди. Если он решит ломать мои двери, дабы вздремнуть, я боюсь, придется вызывать полицию.
Мистер Пибоди - отставной моряк почтенных 55 лет. Для своего возраста он был довольно подтянутым, хотя и отличался огромной рассеянностью и забывчивостью. Кроме того он был страшным брюзгой, что не давало Оливеру лишних поводов проявить снисхождение и пригласить его на свой диван.
Оливер снова налил себе виски, но на этот раз пить не стал. Он приложил стакан к собственному виску и скептически взглянул на часы. Последнее время, Коллинз часто задумывался о том, что этот, несомненно, нужный предмет способен принести массу разочарований. К примеру, сейчас они утверждали, что время детское. Хотя Логана, очевидно, клонило в сон.
– Получается, зря я раскис. Пора вспомнить офицерскую честь и обзавестись новым кругом общения. Проходи, записывайся по одному.
— О, тогда, чур, я буду первым. Возглавлю список, так сказать! - Оливер усмехнулся и поставил так и непочатый стакан на столешницу, - Надеюсь, мой диван дает мне какое-нибудь преимущество перед остальными?
В кармане Оливера зазвонил телефон: полгода назад купленная им раскладушка. Коллинз все еще скучал по своему старому мобильному, но тот был окончательно выбит из рядов работоспособной техники, после того, как его переехал строительный кран. Расскажешь кому - не поверят. Коллинз взглянул на дисплей: ему пришла смс от Дейзи, в которой она спрашивала, кто нынче заправляет в баре, и ждут ли ее там. Быстро набрав ответ, Оливер вернул свое внимание к Райану и пояснил:
— Рабочий момент.
Когда Логан осведомился:
– Правда? Ну, тогда скажи мне, как тебе моя прическа? - Оливер еле-еле подавил смешок. Ухмыляясь, он взглянул на голову приятеля и ответил:
— Удобно. Я имею в виду, что с такой прической не будет жарко.
– А ты сам, женат? Или девушка есть?
— Ну... Скажем так: я не обременен отношениями, но определенный успех среди девушек имею.
Все же сказать, что ты одинок, фактически означает, что ты фактически расписался в абсолютной незаинтересованности тобой противоположным полом. Но это была бы не правда. Оливер не одинок. Просто пока что он не видит в отношениях ни смысла, ни необходимости. Может, это очень эгоистично и несколько по-сволочному, но зато честно.
– Пиццу я попробовал. И она действительно вкусная. А вот насчет предложения – не шути так. Как выяснилось, ранние браки – редкостная ерунда, получается.
— Не будь занудой, - Оливер махнул рукой и внезапно рассмеялся, - Что жизнь, если не рисковать? Что молодость, если не совершать ошибок? Пустой звук, так что давай наслаждаться моментом, пока есть силы и желание.
Оливер откинулся на спинку дивана и улыбнулся. Все же, что ни говори, а мир прекрасен, пусть иногда в жизни и встречаются трудности и неровности.

0

12

Логан поставил свой стакан на стол и с наслаждением потянулся. Хоть его глаза и перестали слипаться, тягостная усталость разливалась по телу, прижимая его к дивану невидимыми гирями. Интересно, сколько они еще так просидят? Час? Два? В Ираке будет утро, когда Райан заснет.
— Я, конечно, не хочу лезть в твои мозги и ворошить там все, но я бы скорее задумался о том, что не сделал здесь... – задумался Оливер.
Логан пожал плечами:
– А что здесь? Пойти в колледж и тусить до рассвета с друзьями? Честно говоря, похоже, я перерос это. Да и вообще, не знаю, чего я хочу. Не просто быть менеджером в офисе - это точно.
Он вздохнул. Первое время юноша, конечно, скучал по тому образу жизни, который привык вести. Но потом... Эта проблема отступила на второй план. Когда каждое утро может быть последним, сама по себе жизнь переосмысляется. Возвращаясь в Нью-Йорк он уже с ужасом представлял себе даже теоретическую возможность поступления на какого-то «белого воротничка» вроде адвоката. Ну уж нет! Логан Райан - человек действия и не может просто так сидеть за столом целыми днями. Разве что, над мемуарами.
— Надеюсь, он не привлечет мистера Пибоди. Если он решит ломать мои двери, дабы вздремнуть, я боюсь, придется вызывать полицию, – заметил Оливер.
Юноша хмыкнул. Он не помнил, кто этот мистер, но, судя по всему, кто-то не очень приятный.
К удивлению Логана, Коллинз весьма бурно отреагировал на его шуточное, в общем-то, предложение:
— О, тогда, чур, я буду первым. Возглавлю список, так сказать! Надеюсь, мой диван дает мне какое-нибудь преимущество перед остальными?
Райан удивился и даже повернул лицо к собеседнику. Откровенно говоря, он ожидал, что тот усмехнется, хихикнет, скажет: «Хе-хе», – или что-то в этом роде, но никак не бросится в первые ряды с диваном наперевес.
– Что ж, э-э-э... За неимением других кандидатов, проходи, чувствуй себя как дома. Только диван поставь на место, – предупредил Логан, снова поднимая свой стакан, задумчиво его оглядывая и вопрошая: – Слушай, а у тебя сока нет какого-нибудь? Или газировки? Или, хотя бы, минералки?
Ему совсем не хотелось напиваться в зю-зю в первый же день, да еще и перед новым другом.
Оливер вдруг отвлекся на звук смс, набрал ответ и пояснил свои действия:
— Рабочий момент.
Логан подумал, что вежливому человеку стоит спросить о своем собеседнике, а не тянуть одеяло разговора на себя.
– М-м-м... Кем ты работаешь? – напрямую спросил он.
Коллинз продолжал поражать и умилять юношу своей прямолинейностью:
— Удобно. Я имею в виду, что с такой прической не будет жарко.
Райан усмехнулся и потрепал сам свою голову. Не то чтобы он был лыс, как колено, но и до Тарзана ему было далековато. Самое отвратительное в том, что его волосы, действительно, не совсем соблюдали границы уставной прически и предпочитали расти в некоторых областях сильнее, чем в других. В результате Логан был похож на жертву парикмахера-самоучки больше, нежели на отставного солдата.
– Пожалуй, мне и правда стоит посетить профессионала, – задумчиво произнес он. – Но завтра. Или послезавтра.
Опасения Райана не подтвердились – Оливер не был женат, и вообще относился к этому весьма свободно:
— Ну... Скажем так: я не обременен отношениями, но определенный успех среди девушек имею.
Логан вздохнул. Ему вспомнилась старшая школа, Элисон, прекрасная, незабываемая, которая еще помнила, когда он приезжает домой после пикников в горах.
– Оливер, – вздохнул Райан и, помедлив, продолжил: – жаль, что ты никогда не видел той Эли, которую помню я. Она была прекрасна. Честное слово, идеальная девушка, – он не заметил, как стал улыбаться своим воспоминаниям. – Никаких банальных историй, вроде чирлидерша-футболист. Умная, начитанная... боже мой, самая красивая девушка! На выпускном я сказал, что женюсь на ней перед всей школой, но как меня трясло, когда я делал ей предложение! – Логан крутил в руках стакан, полностью погруженный в целую киноленту в свое голове. – Жаль, что я не могу сейчас вернуться в квартиру: наш свадебный альбом – самые счастливые люди на земле, Элисон там – я едва сам в обморок не шлепнулся, когда увидел ее у алтаря. И вот стоим с ней, она – вся бледная от волнения – и я – глаз с нее не могу свести. И только слышу шафер мой – Джек – шепчет мне: «Посмотри на священника хотя бы, когда будешь соглашаться».
Райан даже не заметил, как быстро он перешел от «эй, Эли была лучше» к собственной свадьбе. Но он не разу не пожалел о том, что вспомнил об этом. Не понятно только, как они пришли к тому, что самая лучшая Элисон даже не приехала в аэропорт?
Что жизнь, если не рисковать? Что молодость, если не совершать ошибок? Пустой звук, так что давай наслаждаться моментом, пока есть силы и желание.
Логан несколько секунд переваривал информацию, а затем одобрительно улыбнулся.
– Действительно. Молодость, – довольно скептично проговорил он, все еще растерянно улыбаясь. – Сколько тебе? Двадцать? – поинтересовался юноша.

0

13

Оливер заметил, что в комнате стало как-то душновато. Вначале он просто теребил себя за воротник, надеясь, что это неприятное, даже в какой-то мере мерзкое, ощущение ему только кажется и способно пройти от подобных действий. Однако он ошибся и был вынужден признать, что чувство было не мнимым, а самым настоящим, и вполне реальная духота сковала все пространство. Хотя можно было поставить на тот факт, что он в данный момент уже напился, поэтому ему настолько жарко.
Коллинзу пришлось покинуть удобный диван и подойти к окну и немного приоткрыть его, дабы дышать стало хоть чуть-чуть легче.
— Надеюсь, ты не против, - улыбнулся Оливер, повернувшись к Логану лицом и быстро указав на открытые створки окна.
Оливер хотел было вернуться обратно и снова удобно примоститься на диване, однако все же остался стоять, подкупаемый приятным легким ветерком, пробегающим по его спине и шее.
– А что здесь? Пойти в колледж и тусить до рассвета с друзьями? Честно говоря, похоже, я перерос это. Да и вообще, не знаю, чего я хочу. Не просто быть менеджером в офисе - это точно.
— Ну, как знаешь, - Коллинз устало потер глаза, - Наверное, это круто ощущать себя частью чего-то большого и значимого.
Последняя фраза была сказана в общем-то ни к чему, тем не менее Оливер для себя как бы подвел итог этой темы. Привыкший быть частью какой-то неопределимо важной системы там, Логан боялся не попасть в такую систему здесь. У военных, полиции и врачей это общее чувство. Редко кто из тех, кто по настоящему предан этим профессиям по своей воле внезапно решит стать биржевым маклером или агентом по недвижимости.
— Нет, правда, здорово, когда можешь оглянуться назад и понять, что занимался на самом деле стоящим и важным делом.
Оливер коротко взглянул в окно и заметил, что на улице начинало темнеть. Солнце уже уползло куда-то за горизонт, а ленивые фонарные лампочки только-только начинали разгораться. Впрочем, времени было не так уж и много чтобы собираться спать. Хотя, правильно ли это - мучить своего нового приятеля долгими беседами?
– Что ж, э-э-э... За неимением других кандидатов, проходи, чувствуй себя как дома. Только диван поставь на место.
— Хочу заметить, что я пока что и есть дома, - с доброй усмешкой произнес парень, слегка разминая затекшую шею, - А диван мне хозяйка строго-настрого трогать запретила, так что можешь не волноваться.
– Слушай, а у тебя сока нет какого-нибудь? Или газировки? Или, хотя бы, минералки?
К счастью, Коллинз и так стоял, поэтому он мигом оказался около своего холодильника и с любопытством юного натуралиста уже заглядывал внутрь:
— Ну, этого добра у меня полно! - Оливер выдержал театральную паузу, изучая содержимое своего холодильника, - Итак, у меня есть содовая, апельсиновый и гранатовый сок, минеральная вода и что-то молочное и холодное, я точно не уверен что это... Кстати, надо попробовать... Что будешь?
Пока Оливер разбирался с "чем-то молочным", Райан задал ему один из тех вопросов, которые, как Коллинз надеялся, он не задаст в ближайшее время. То есть, вообще-то не надеялся, так как почему-то основной "неудобный" вопрос об Элисон и их взаимоотношениях вытеснил все остальные из головы парня.
– М-м-м... Кем ты работаешь?
— Я?.. Э-э-э... Ну... - замялся Коллинз и было от чего.
После всех этих правильных разговорах о судьбах и профессиях говорить о том, что ты прожигатель жизни было немного неудобно. Только что он раздумывал о том, как иногда один человек может все изменить и сделать жизнь лучше, и вот уже он вернулся к своему состоянию "И пусть мир прогнется под меня". И все же, врать Оливер не собирался:
— Никем. То есть, разумеется, я рассказывал тебе о том, что моему отцу принадлежал бар, и сейчас я вроде как его владелец... Но просто надоело мне все и я месяца четыре назад оттуда слинял.
Парню даже в какой-то момент стало немного совестно за свое поведение. Однако не надолго. Ибо Логан, в какой-то момент задумавшийся о своей прическе и прелестях Нью-Йоркских парикмахерских, перешел на тему, которая опасно приближалась к самому неудобному вопросы этого вечера:
– Оливер, жаль, что ты никогда не видел той Эли, которую помню я. Она была прекрасна. Честное слово, идеальная девушка...
«Что же ты наделала, идеальная девушка? Разве такие отношения проходят так легко?» - Оливер ненароком вспомнил, как Элисон улыбалась ему и всеми силами старалась казаться ангелом во плоти. Да, если у нее этот актерский талант с детства - понятно, почему Логан так на нее повелся. Коллинз сам повелся.
— И вот стоим с ней, она – вся бледная от волнения – и я – глаз с нее не могу свести. И только слышу шафер мой – Джек – шепчет мне: «Посмотри на священника хотя бы, когда будешь соглашаться».
А может и не было притворства? Люди меняются. Иногда не в самую лучшую сторону. Что обиднее всего.
— Н-да... - только и мог протянуть парень, делая глоток молочного и абсолютно ледяного продукта. Нет, правда, он был настолько холодным, что Оливер даже закашлялся.
– Действительно. Молодость. Сколько тебе? Двадцать?
— Двадцать два, если быть точнее. Впрочем, без разницы. Иногда я ощущаю себя двенадцатилетним, а иногда стариком за сорок.

0

14

Логан ощущал жару не так сильно, как Оливер. Ему температура в Нью Йорке казалась вполне нормальной после войны в жарких песках Ирака в военной форме и двадцатью килограммами оружия, бронежилета и рюкзака на плечах. К тому же, сказывалась акклиматизация – юноша даже немного поежился, когда его новый друг открыл окно.
Однако на его фразу:
— Надеюсь, ты не против, – отреагировал вполне равнодушно и кивнул.
– Наверное, это круто ощущать себя частью чего-то большого и значимого, – произнес Оливер.
Логан задумался и вдруг осознал, что этот человек смог одним словом охарактеризовать гамму эмоций в его душе. Быть одним из команды, частью чего-то действительно важного – это то, чего хотел Райан. Одиночный заплыв – то, чего хотела Элисон и его отец.
– Итак, у меня есть содовая, апельсиновый и гранатовый сок, минеральная вода и что-то молочное и холодное, я точно не уверен что это... Кстати, надо попробовать... Что будешь? – воодушевился Коллинз, распахнув холодильник.
Логан задумался от обилия вариантов. «Нечто молочное» его смущало, поэтому этот вариант он отмел сразу. Гранатовый сок тоже был чем-то не менее неизвестным, чем первый вариант, поэтому его Райан тоже решил не выбирать. Минералку он рассматривал как крайний случай. Выбор оставался не большой.
– Что ж, давай апельсиновый сок, – решился юноша, попутно размышляя о том, что сто лет его не употреблял.
На удивление Логана, Оливеру потребовалось время, чтобы ответить на довольно простой вопрос о работе. С одной стороны, оно и понятно – юноша вообще мог еще не встать на трудный путь добычи денег, но, с другой стороны, что-то же он объяснял в смске.
— Никем. То есть, разумеется, я рассказывал тебе о том, что моему отцу принадлежал бар, и сейчас я вроде как его владелец... Но просто надоело мне все и я месяца четыре назад оттуда слинял.
Райан пожал плечами. Фактически, он сам сейчас тоже безработный, слинявший со своего основного поля деятельности.
– Какая ирония, – уже вслух добавил Логан, – я же тоже сейчас, фактически, тунеядец. Встретились два одиночества.
Юноша вновь углубился в воспоминания о жизни в старшей школе. Жуткое дело, но Райан все еще так же не ровно дышал к Элисон, как и год назад. Когда все успело так стремительно измениться?
– А ты... давно здесь? Живешь, в смысле. То есть, боже мой, из меня никудышный оратор, какая адвокатура? Я имею в виду, что ты знаешь об Элисон? Просто, мы сейчас говорим об абстрактной девушке, которой ты каждое утро говоришь: «Здравствуйте» или вы там, ну, чай пили вместе, или что-то такое.
Логан заглох. Ему и в голову не могло прийти, что Эли и Оливер могли иметь романтические отношения. Просто он хотел убедиться, что не напоролся на ее лучшего друга, который завтра же перемоет кости ему так же, как сегодня это делает сам Райан. С той лишь разницей, что Логан все еще влюблен в эту девушку.
— Двадцать два, если быть точнее. Впрочем, без разницы. Иногда я ощущаю себя двенадцатилетним, а иногда стариком за сорок, – ответил о возрасте Оливер.
Юноша закивал головой:
– Понимаю о чем ты. То есть, понимаю наполовину. Двенадцатилетним я себя давно не чувствовал, а вот стариком за сорок – бывает. Мне ведь всего двадцать, но найди такого человека, кто сейчас скажет, что я не разменял третий десяток, – заметил он.
Логану это нравилось – быть старше и умудреннее опытом, мужественнее. Он совсем не хотел видеть себя тем мальчишкой со свадебных фото, хоть и Элисон там – королева.

0

15

Дела обстояли немного странно. Например, проснувшись сегодня утром, Оливер даже представить себе не мог, как закончится этот день. А скажи ему, что он добровольно оставит незнакомца спать на диване в гостиной, Коллинз бы рассмеялся, потому что по правде говоря его напрягало присутствие посторонних в своем доме. Наверное, это все старая привычка связанная с тем, что под его крышей часто околачивались всякие сверхъестественные твари. Впрочем сегодня все было иначе. Логан вызывал у него симпатию и острое желание помочь ему. Поэтому никаких неудобств Оливер не испытывал.
В комнате стало чуть-чуть прохладнее и Коллинз в сотый раз уже понял, что жизнь прекрасна, когда у тебя все под контролем. Кстати говоря, заменить алкоголь на что-то нейтральное было прекрасной идеей.
– Что ж, давай апельсиновый сок.
Оливер кивнул, достал пакет из холодильника и снова пустился на поиски подходящей посуды. В серванте он обнаружил подходящий высокий стакан для сока, который и передал своему гостю. Сам же Коллинз вполне довольствовался обыкновенным бокалом, решив, что ни он сам, ни молочный эксперимент из холодильника не заслуживают особого к себе отношения.
Оливер так и не приземлился обратно на диван и остался стоять, подпирая стену, хотя окно он все же немного прикрыл. Город уже потихоньку начинал готовиться к стадии ночной жизни: когда везде загораются огни, а воры, убийцы и знаменитости начинают себя чувствовать настоящими хозяевами этого места. Ну, и вампиры, конечно же. Хотя иногда от них бывает куда меньше проблем, чем от обычных людей, озабоченных собственной выгодой и удовольствиями.
– Какая ирония, я же тоже сейчас, фактически, тунеядец. Встретились два одиночества.
Оливер издал какой-то неясный звук и задумался, действительно хочет ли он говорит то, что только что собирался сказать. Очевидно, что хотел. Ну, или алкоголь снова заставил его говорить, какая разница?
— Ну, если честно, то я перебиваюсь разными халтурками. Знаешь, курьер, таксист, бармен, опять же. Но я не могу сказать, что тяготею к какой-то профессии. Вообще, всю жизнь хотел делать что-то страшно полезное, - Коллинз смежил веки, сам не замечая, как его же речь заводит его в какие-то страшные дебри, - Хотел связать свою жизнь с наукой и научными открытиями. Физика, математика... Новые задачи подстегивают ум, и это так здорово, когда сам находишь решение, особенно, если задачу ставишь себе сам. Но мне двадцать два, я все еще беспечен и прожигаю свою жизнь, что, откровенно говоря, мне нравится.
Оливер снова сделал глоток из своего стакана, но на этот раз он был готов к его температуре, поэтому даже смог различить вкус напитка, который, к слову говоря, ему понравился.
– Понимаю о чем ты. То есть, понимаю наполовину. Двенадцатилетним я себя давно не чувствовал, а вот стариком за сорок – бывает. Мне ведь всего двадцать, но найди такого человека, кто сейчас скажет, что я не разменял третий десяток.
— Зря. Надо время от времени дурачиться и чувствовать себя ребенком. Быть солидными и серьезными мы еще успеем за свою жизнь. Хотя, если я продолжу вести такой образ жизни, меня все будут знать, как сумасшедшего бродягу с огромными тараканами в лохматой голове, - юноша засмеялся, представив себя с бородой, в старом свитере и гитарой наперевес.
И в этот самый момент каким-то своим шестым чувством Коллинз понял, что сейчас случиться что-то не очень приятное. Он уронит себе что-то на ногу, к нему по ошибке постучится пьяный донельзя сосед, на него с потолка упадет паук и укусит его, что крайне неприятно... Но случилось нечто иное:
– А ты... давно здесь? Живешь, в смысле. То есть, боже мой, из меня никудышный оратор, какая адвокатура?
— Если тебя это интересует - ты еще отвлекаешься, - улыбнулся парень, пока еще не подозревая, что его ждет.
— Я имею в виду, что ты знаешь об Элисон? Просто, мы сейчас говорим об абстрактной девушке, которой ты каждое утро говоришь: «Здравствуйте» или вы там, ну, чай пили вместе, или что-то такое.
Оливер издал громкий нервный смешок. Вообще-то по идее, он должен был прозвучать не так громко, но то ли в комнате настолько хорошая акустика, то ли Коллинз просто недооценил мощность собственных связок... В общем, вышло, что вышло.
— Что-то такое, да... - Оливер шумно вздохнул и отвел взгляд. Он понимал, что сейчас выглядит как полный придурок. Если быть точнее он выглядит как очень подозрительный полный придурок. Но деваться было некуда. Меньше всего сейчас Коллинз хотел врать. Хотя и энтузиазма для того, чтобы выложить всю правду, у него так же практически не оставалось, - Я тут уже месяц. И в общем-то Элисон знаю... не так уж и плохо. И прошу: выслушай меня до конца и попытайся не поддаваться на провокации собственного захмелевшего мозга прервать меня на середине речи, договорились? - да, это звучало еще подозрительнее, - В общем, с самого начала, как я приехал, Элисон была ко мне добра. Соседская выручка и все такое, пирог, как поздравление с новосельем... Я человек быстро увлекающийся, а она очень симпатичная и ее знаки внимания... - Коллинз постоянно прерывался, но старался говорить быстро, чтобы дойти до сути прежде, чем солдат решит проверить у кого сильнее удар и выносливее челюсть, - В общем, однажды она пригласила меня зайти к ней вечером. Я был воодушевлен ровно до тех пор, пока мистер Таболт не рассказал мне о тебе, о том, что ты командирован и являешься мужем Элисон. В общем, когда я заглянул к ней вечером она получила не то, на что рассчитывала. Я ей прочитал небольшую лекцию о морали, и что ее до жути короткий халатик не сможет заставить меня... переспать с замужней женщиной. Она еще пару минут говорила, что ты ни о чем не узнаешь (как же она была неправа!), а потом сдалась, обозвала меня трусом, неудачником и импотентом. Ну, насчет неудачника я еще соглашусь, но остальное было сказано зря, - Оливер покачал головой, как бы осуждая соседку за такие резкие слова, - И, кстати, больше соседского добродушия я от нее не получал ни грамма. Хотя, откровенно говоря, меня это не очень печалит... Честно, приятель, я правда флиртовал с ней, но я не знал тогда, что она замужем, - извиняясь, пробормотал Коллинз, разведя руками в стороны. Он понимал, что его неловкие фразы нисколько не добавят Райану оптимизма и не убавят желания убить Оливера, но тем не менее, он сделал все, что смог.

0

16

Ничто не предвещало беды. Но Логан на то и Логан, чтобы оказываться третьим лишним всегда и везде. Пора бы уже к этому привыкнуть.
– Вообще, всю жизнь хотел делать что-то страшно полезное, – объяснил Оливер.
Райан кивнул. Действительно, быть полезным Америке – то, что он сам говорил на выпускном, юноша желал бы делать. Конечно, Коллинз наверняка не имел в виду именно это, но глобальная жизненная миссия у них одна.
– Хотел связать свою жизнь с наукой и научными открытиями. Физика, математика... Новые задачи подстегивают ум, и это так здорово, когда сам находишь решение, особенно, если задачу ставишь себе сам, – тем временем продолжал Оливер.
Это звучало уже куда менее радужно, ибо было сказано с отзвуком невыполненности.
– Что же тебе мешает сделать так, как хочется? – задался вопросом Логан.
– Но мне двадцать два, я все еще беспечен и прожигаю свою жизнь, что, откровенно говоря, мне нравится.
Тут Райан улыбнулся. Он не хотел такой жизни сам, но это не значит, что юноша не желал подобного другим. Это ведь хороший показатель, если человек может спокойно жить в двадцать два года, не заботясь о деньгах, не правда ли?
– Хотя, если я продолжу вести такой образ жизни, меня все будут знать, как сумасшедшего бродягу с огромными тараканами в лохматой голове, – закончил Оливер.
Логан сначала лишь улыбнулся, а потом захихикал, живо представив себе отчего-то седого заросшего Коллинза, с пучками волос, торчащими из ушей, в обветшалой одежде шатающегося по улицам и философствующего.
И вот тут случилось ужасное. Нет, конечно, одиннадцатое сентября не повторилось (тьфу, тьфу!), но в голове у Райана случилось нечто подобное. Или даже, может быть, слова Оливера были как какая-нибудь ядерная бомба? В любом случае, взрыв в его черепушке был такой силы, что едва не заставил глаза юноши покинуть их привычное место, дабы поскакать вдоволь по полу. Обнаружил он это только потому, что слизистая оболочка пересохла из-за большого промежутка в моргании, посылая в руины мозга сигналы о том, что взрывом глаза засыпало песком, катапультируйся, кто может. Наконец Логан сдался и моргнул, что вызвало слезы, которые, слава Богу, исчезли так же быстро, как и появились.
Первое время он продолжил сидеть на месте, придя в себя только когда почувствовал зияющую пустоту в руке, где раньше находился стакан. Очевидно, Райан сжал его слишком сильно и теперь желтое пятно вперемешку с осколками неторопливо растекалось по ковру. Это событие вывело Логана из оцепенения, он решительно поднялся и в считанные секунды пересек комнату, зацепив по дороге тумбу с кучей журналов, которые, естественно, полетели на пол, и ножку стола, который лишь вздрогнул, но мужественно устоял.
«Эли, Эли, Элисон, как же так, как же так? – не мог поверить Райан. – Неужели ты так низко пала? Месяц назад сосед, на следующий же день ты пригласила его домой, а чьи же вещи сейчас стоят у тебя в ванной?»
Обнаружив себя стоящим у стены, Логан вдруг почувствовал, что переместился куда-то назад в пески Ирака, в солнечные +50 в тени, и что ему срочно нужен воздух. Он снова очень быстро пересек комнату, на этот раз к окну, зацепился на ходу за Оливера, но даже не заметил этого, потому как почти наполовину высунулся на улицу, прежде чем начал вообще соображать.
– Что ж. Я рад, что мистер Таболт заботится обо мне, – проговорил Логан, снова появляясь в квартире верхней частью тела. – Но не рад, что уже задал этот вопрос. Впрочем, он довольно болтлив, так что рано или поздно сообщил бы мне об этом. Или, может быть, еще сообщит о чем-нибудь еще. – Райан схватился за голову. – Боже мой, боже мой! Какой я дурак! Какой дурак!
Он стукнул кулаком по чему-то стоящему рядом и едва не выпал назад в окно,  к которому прислонился тазом, вздрогнув от неожиданного для него звука удара чего-то об пол. Логан обернулся и обнаружил, что сшиб с холодильника магнит в виде веселого сердечка, от которого, благодаря Райану, отвалились нога и хвостик. Юноша вздохнул.
– Как символично.
Он еще не решил, как он отныне относится к Оливеру, но уже чувствовал себя неловко из-за погрома, который учинил.

0

17

– Что же тебе мешает сделать так, как хочется?
Оливер пожал плечами и честно ответил:
— Моя жизнь начала стремительно рушиться. Все, чем я жил, внезапно стало как-то не важно. Я до сих пор не понимаю: я все еще падаю, взял небольшую передышку или это и есть то, чего я хочу... А да, и черт с ним, не слушай меня.
Когда Оливер закончил свою саморазоблачительную речь насчет Элисон и их не сложившихся очень близких отношений, он замер в ожидании. Вообще-то, он был впечатлен, что ему вообще удалось ее закончить. На месте Райана, Оливер, наверное, не стал бы особо церемониться... Хотя тут никогда не угадаешь. Новый друг, который выкладывает все сразу начистоту, это не так обычно. Скорее, Коллинз бы позволил себе пару-тройку ядовитых, злых и наполненных ненавистью комментариев. И ругательств. Скорее всего матерных. На всех языках, которые только знает. И эти излияния затянулись бы минут на пять не меньше.
Но Логан молчал и слушал. Даже когда Оливер перестал говорить. И вот тут юноша напрягся. Нельзя сказать, что не было никакой реакции. Реакция была, но оцепенение напавшее на солдата не значило ничего хорошего. Оливер уже хотел запаниковать, вызвать доктора, к примеру (мало ли, может у него на войне была какая-нибудь контузия и ему противопоказаны подобные новости?), но, к счастью, кто-то невидимый будто сказал: "Отомри!" - и Логан сломал в руке стакан.
— Чувак, - выдохнул бывший бармен, - Ты меня напугал.
Но Райан не обратил на его слова, казалось бы, ни малейшего внимания. Он внезапно подорвался и ринулся через всю комнату, опрокидывая при этом мебель и врезаясь во все подряд. Оливер уже было обрадовался: вот она! Нормальная человеческая реакция! Круши, громи! Может быть, он даже прямо сейчас уйдет, хлопнув дверью и забыв про диван? Тогда Коллинзу волей-неволей придется его догонять. Во-первых, мало ли что придет в его голову. Во-вторых, Логан выпил виски Оливера, а значит, парень за него в ответе.
Райан не покинул квартиру. Очевидно, притяжение дивана было слишком сильное. Но что-то изменилось в его лице и теперь солдат направился в сторону Оливера. Еще лучше! Разрядка ему не повредит! Если он не станет пытаться ударить Коллинза, то точно схватит его за шиворот и начнет трясти, называя разными нелицеприятными словами. Это вынести довольно просто. Если же душа обманутого мужа решит подраться, то Оливеру придется конкретно поднапрячься. Наблюдая за приближающимся Логаном, Коллинз в уме прогонял варианты развития событий. Наблюдать, уклониться от удара и второго, попытаться или ограничить Райана в движении или повалить на пол, откуда потащить на диван и попутаться успокоить плеснув... А кстати, чего плеснув? Виски, думается, уже не надо. Сок или содовая вряд ли его успокоят. Может, порыться в аптечке и достать валерьянку?.. Ну, или горячий чай сделать...
В любом случае, Коллинз надеялся, что реакция солдата медленнее, чем реакция злого молодого вампира.
Но Оливер опять ошибся. Логан лишь задел его: целью юноши было окно. Окончательно запутавшийся Оливер успел крикнуть:
— Эй! Даже не!.. - но Райан, очевидно, не собирался перелезать на оконный отлив. Он снова показался в квартире, и казался вполне спокойным. Точнее, спокойнее, чем должен был быть.
– Что ж. Я рад, что мистер Таболт заботится обо мне.
Оливер не стал упоминать, что фамилия "Райан" в разговоре с соседом прозвучала случайно. Просто Таболт, как всегда, поздоровавшись перешел на тему войны и упомянул о Логане Райане, который записался в добровольцы. "Райан?" - переспросил тогда Оливер, решивший, что это брат Элисон, однако сосед добродушно пояснил, что это "отличный молодой человек (глупо, правда, поступивший, что не пошел в военную академию) который поселился здесь с женой, вы, наверное, видели ее, молодой человек, Элисон Райан".
– Но не рад, что уже задал этот вопрос. Впрочем, он довольно болтлив, так что рано или поздно сообщил бы мне об этом. Или, может быть, еще сообщит о чем-нибудь еще.
Коллинз уже и так наговорил лишнего, поэтому не стал рассказывать, про бойфренда Элисон, с которым случайно столкнулся на лестнице... И про то, как однажды поссорившись с ним, примирение происходило уж очень бурно... Стоп, какого черта эти мысли сейчас делают в голове у Оливера? Ему надо думать о чем-то другом. Например, как подбодрить приятеля. Жизнь сегодня била ключом. Разводным и по голове. Скорее всего, отлитым из никеля.
– Боже мой, боже мой! Какой я дурак! Какой дурак!
Умные мысли все еще не приходили в голову, но вид у Оливера был такой, будто он лимон съел. Жуткое дело. Последнее время он только веселился и ни с кем крупно не ссорился. Даже ситуацию с Элисон он поднял на смех, абсолютно позабыв тот факт, что мужу ее будет совсем не так не смешно, как Оливеру в этот раз.
Логан, тем не менее, перестал вести себя так, будто эмоции не переполняли его. Он шарахнул по холодильнику и сшиб один из магнитиков, добавив странное:
– Как символично.
Переведя взгляд на пол, юноша обнаружил, что жертвой оказался магнит в виде какого-то дурацкого сердца. Оливер наклонил голову и пожал плечами. Что ж, остается надеяться, что хозяйка дома не заметит потери бойца.
— Так, а теперь давай начистоту. Тебе что: совсем не хочется со мной подраться? Ты нормальный вообще? Где хук справа? Апперкот? Ну, хоть бы пнул меня разочек. Легче бы стало сто процентов.

0

18

— Моя жизнь начала стремительно рушиться. Все, чем я жил, внезапно стало как-то не важно. Я до сих пор не понимаю: я все еще падаю, взял небольшую передышку или это и есть то, чего я хочу... А да, и черт с ним, не слушай меня.
И Логан принял к сведению этот совет и не обратил внимания на то, что сказал Оливер. В конце концов, он сам об этом попросил.
Райана поразило, как быстро мир в его сознании из закатного мирного Нью Йорка превратился в горячую пустыню Ирака.
Что за черт, Элисон? Нет, я не надеялся, что ты наденешь пояс верности или еще что-то в этом духе, но... при живом-то муже.
– Я бы понял, если бы она встретила другого. Ну, я не идеален, но я бы отпустил ее, правда. Побесился бы, выпытывая, чем я хуже, но не стал бы, знаешь, чинить препятствия, преследовать и подкарауливать в темных переулках, – уже вслух продолжил свою мысль Логан.
Ладно, в конце концов, к этому все и шло. Последние полгода без вестей – дураку понятно, что все очень плохо. Но Райан любил ее. Как последний школьник, который первый раз идет на свидание, он был влюблен. И до Ирака, и там, и после.
Элисон, милая Элисон, что же ты наделала?
А самое ужасное в том, что теперь Логан был раздираем одновременно целой гаммой чувств. Он был расстроен – и это понятно. Зол – тоже по вполне объяснимым причинам. Ошеломлен известиями, чувствовал себя обманутым, преданным, лишним. Одновременно с этим, Райан ощущал весь свой организм до кончиков волос под контролем, вне чувственного воздействия. Возможно это и давало ему возможность держать себя в руках, чтобы не совершать опрометчивых поступков.
— Так, а теперь давай начистоту. Тебе что: совсем не хочется со мной подраться? Ты нормальный вообще? Где хук справа? Апперкот? Ну, хоть бы пнул меня разочек. Легче бы стало сто процентов, – напомнил о своем существовании Оливер.
Логан задумчиво почесал шею.
– Я... э-э-э... могу, конечно, тебя стукнуть, если ты настаиваешь, но не вижу в этом смысла, откровенно говоря. Впрочем, так подойдет? – Райан по-дружески толкнул Коллинза кулаком. – К тому же, если мы подеремся, мне придется ночевать где-нибудь у мистера Таболта. А я не согласен, я уже подумываю сделать предложение твоему дивану.
Логан еще некоторое время помолчал, но понял, что его слова похожи больше на отговорку, чем на реальную причину, а потому объяснился:
– Ладно, хорошо, допустим, я весьма зол. Но ты-то, фактически, ничего не сделал. Скорее, тебе даже стоит дать грамоту за самоконтроль, – заметил Райан. – Или хотя бы медаль за отвагу – отказаться от ночи любви – не самое легкое решение для юноши. Тем более, что моя жена, – он осекся, – Элисон весьма не дурна собой.
Логан глубоко вздохнул. Ему еще только предстояло свыкнуться с мыслью о том, что Эли для него отныне посторонний человек. Ведь, возвращаясь домой, он все еще надеялся что-то изменить.

0

19

Оливер рассчитывал, что сейчас-то реакция будет хотя бы немного эмоциональней. А лучше, гораздо эмоциональней, ибо парень не знал, как можно по душам разговаривать с техникой. Чувства у Логана проявлялись постепенно. И как-то не очень активно.
– Я бы понял, если бы она встретила другого. Ну, я не идеален, но я бы отпустил ее, правда. Побесился бы, выпытывая, чем я хуже, но не стал бы, знаешь, чинить препятствия, преследовать и подкарауливать в темных переулках, - объяснил Райан. Оливер сделал умное лицо, кивнул и попытался понять, а не успел ли Логан его уже вырубить? Было похоже на то, что Коллинз пришел в сознание, когда Райан уже перебесился.
«Нет, эти чувства вполне логичны и объяснимы: понять и попытаться отпустить. Но это слишком разумно. Не для этого момента же!» - продолжал про себя удивляться парень.
После своего прямого вопроса "в лоб", Оливер ожидал, что Логан ответит что-то вроде: "Мне хочется тебе вмазать, но я стараюсь себя контролировать" или "Я сейчас слишком зол, чтобы бить точно", на крайний случай: "Не хочу в первый же день мирной жизни садиться за убийство". Оливер не просто ждал этого, он почему-то на это наделся. Но Райан опять его обманул.
– Я... э-э-э... могу, конечно, тебя стукнуть, если ты настаиваешь, но не вижу в этом смысла, откровенно говоря. Впрочем, так подойдет?
Сила, с которой Логан пихнул Оливера, была ошеломляющей. В том плане, что Коллинз был оскорблен до глубины своей души. Но это еще не все, Райан продолжил его добивать.
– К тому же, если мы подеремся, мне придется ночевать где-нибудь у мистера Таболта. А я не согласен, я уже подумываю сделать предложение твоему дивану.
Коллинз стоял нахмурившись, а на его лице проступило выражение "Какого черта". Он, конечно, мог сейчас пошутить насчет того, что недооценивал силу притяжения своего дивана, но не стал. Не до того ему было, если честно.
— Я не из тех, кто отзывает свое приглашение из-за подобных мелочей, - все же попытался смягчить собственные чувства Коллинз.
– Ладно, хорошо, допустим, я весьма зол.
«Отлично! И где же твоя злость?»
— Но ты-то, фактически, ничего не сделал. Скорее, тебе даже стоит дать грамоту за самоконтроль. Или хотя бы медаль за отвагу – отказаться от ночи любви – не самое легкое решение для юноши. Тем более, что моя жена... Элисон весьма не дурна собой.
Оливер смотрел на Логана и не мог глазам своим поверить. Что. Сейчас. Делает. Этот. Парень? Нет, правда, какого черта его тон спокоен, почему он выглядит в большей степени задумчивым, а не расстроенным или злым? Почему он не громит тут все? Почему он не сказал ни одного грубого слова?!
Нет, черт возьми, он прав: если девушка объявила, что нашла другого или просто чувств к тебе больше нет, не веди себя как придурок - отпусти ее. И это будет правильное решение. Но если тебе рассказывают, что человек которого ты любишь предал тебя, что он не разборчив в своих связях и ведет себя как последняя... девушка легкого поведения... Сдерживаться? Вы что, с ума сошли?!
— Какого черта?! - все же озвучил свой немой вопрос Коллинз, - Нет, какого черта?! Откуда в тебе вся эта прагматичная разумность?! Ты понимаешь, о чем я тебе сейчас рассказал? Ты... Да ты обязан был вначале не раздумывая постараться меня ударить! Дать под дых, сломать нос... А уже потом, обретя разум, говорить, что я тут не при чем и извиняться!.. А сейчас - при чем здесь справедливо ты меня ударишь или нет? Гнев  - такая штука, которая по определению не бывает справедливой! Я понимаю, ты солдат, вы должны управлять своими эмоциями. Но сейчас ты не в Ираке, черт возьми! Ты сейчас просто человек. Человек!
Оливер схватился за голову. Он не знал, как объяснить Логану, что не стоит себя ограничивать и стараться быть похожим на машину. Не надо подгонять себя под идеал. Потому что для человека это чересчур.
— Когда тебя переполняют эмоции, - все же предпринял попытку бармен, - не надо пытаться подчинить все трезвому рассудку. Ты не компьютер. Человек сойдет с ума, если он никогда не позволяет себе выброс. Не старайся казаться равнодушным. Или сильным сверх меры. Потому что однажды все накопленное может выстрелить и ты станешь психопатом.
Оливер замолчал и в своей немой отчаянности всплеснул руками. Он понимал, что скорее всего его ожидает речь вроде: "Да-я-расстроен-но-у-меня-все-в-порядке-не-лезь-не-в-свое-дело". И это будет вроде бы даже правильно. Но лучше было бы, что бы Логан его услышал. Бармен ведь, как психолог: он видел столько судеб и людей, поэтому очень ясно чувствует, когда не следует запираться в самом себе.

0

20

Логан и сам не мог понять, что с ним не так. Он был спокоен, даже слишком, если не сказать холоден или даже безразличен. Что это было? Действительное равнодушие или закалка нервов после армии? Или собственный страх перед самим собой за самого себя?
Оливер тем временем заверил его, что не собирается отзывать своего предложения о диване, даже если Райан нанесет ему тяжкие телесные повреждения. 
– При всем моем желании, этого мне не позволит совесть. И потом, вдруг ты решишь отомстить мне ночью и задушишь подушкой? - пожал плечами Логан.
Хотя ему, наверное, не стоило произносить вслух столь двоякую формулировку, но его чутье подсказывало ему, что ничего хорошего в таком деле нет. Даже если Оливер - человек приличный и благородный, в чем Райан не сомневался, оставался шанс, что стукнутый бармен может проснуться мстительным и агрессивным.
— Какого черта?! Нет, какого черта?! Откуда в тебе вся эта прагматичная разумность?! Ты понимаешь, о чем я тебе сейчас рассказал? Ты... Да ты обязан был вначале не раздумывая постараться меня ударить! Дать под дых, сломать нос... А уже потом, обретя разум, говорить, что я тут не при чем и извиняться!..
Логан вздохнул:
– Я и сам не пойму, что со мной. Может я свыкся с мыслью, что Эли... м-м-м... уже не та. Я почти полгода жил, понимая, что все уже очень плохо. И все же... Я надеялся, до последнего момента. И если бы не столь ярое отрицание моего существования – я бы простил ей все.
— Когда тебя переполняют эмоции, не надо пытаться подчинить все трезвому рассудку. Ты не компьютер. Человек сойдет с ума, если он никогда не позволяет себе выброс. Не старайся казаться равнодушным. Или сильным сверх меры. Потому что однажды все накопленное может выстрелить и ты станешь психопатом.
Логан задумался, сжал кулаки, расслабил их, а затем уставился на свои кисти.
– Возможно, мне страшно где-то в подсознании, – вдруг сказал Райан то, что уже давно волновало его, но что он упорно отказывался признавать. – Я знаю, на что способен, что делал этими руками, поэтому мне... страшно, что я не смогу остановиться. В Ираке этого от меня никто и не требовал – это к вопросу о психопатах – даже, наоборот, это было нормой. Но здесь... Я боюсь просто не сдержаться.
Юноша вздохнул и оглянулся назад, на улицу. Размеренность автомобилей, проезжающих, торопящихся домой, оказывала на него какое-то релаксирующее действие. И тут Логан внезапно осознал, что не все это время было не так:
– Но дело не только в том, что я такой правильный. Просто, гнев... Его нет. Я не знаю почему, просто он отступил. Скорее, я чувствую себя разбитым, или так, будто меня переехал танк, но никакой агрессии, ничего такого. – Райан сказал это, а затем, усмехнувшись, добавил: – Посмотрим, как я запою, когда увижу Эли с другим парнем.
От этой мысли юноша, конечно, не зашелся в припадке ярости, но, пока что, не был годов живо представлять себе, будто прекрасная, легкая и свежая, как летнее утро, Элисон, кокетливо поправляет волосы для кого-то, кроме него самого, целует кого-то, кроме него, приводит к ним домой, где все еще на входе лежит его армейский рюкзак.
И тут Логан задумался:
– А много их было? – спросил он и дополнил свой вопрос: – Таких как ты. То есть, как раз не таких как ты, – Райан едва не хлопнул себя по лбу. – Впрочем, ты живешь здесь всего месяц, откуда тебе знать, да?

Олли, тык-тык

Назови уже Элисон проституткой, и Логан тебя стукнет :D

0

21

Наверное, со стороны Оливер выглядел, как полный идиот. Посторонний человек просто бы покрутил пальцем у виска и не понял бы, почему он так хочет, что бы солдат врезал ему. Сам Коллинз не очень-то любил рассуждать, и размышлял над своими поступками он не то, что бы очень часто. Поэтому если бы вы в лоб спросили что он творит, парень бы пожал плечами и промолчал. Но суть была в том, что Оливер чувствовал, что должен помочь Логану. А как ему еще помочь? Парню нужна эмоциональная разгрузка. Зачем вести себя, будто ты терминатор? Или вампир, наполовину отключивший чувства?
– При всем моем желании, этого мне не позволит совесть. И потом, вдруг ты решишь отомстить мне ночью и задушишь подушкой?
Оливер фыркнул и скрестил руки на груди. Скажет еще тоже. Подушкой. Задушить. Ни разу не интересно и даже не в духе Коллинза. Он ведь любит прямое противостояние. Хотя, что за черт? Он за всю свою жизнь убил всего трех вампиров, да и то, двух из которых он, по большей части, помог убить, взяв на  себя инициативу практически в последний момент.
«О чем я думаю, черт возьми?»
А потом Райан начал отвечать на поставленные вопросы, и Оливер попытался понять: все ли так плохо, как кажется на первый взгляд.
– Я и сам не пойму, что со мной. Может я свыкся с мыслью, что Эли... м-м-м... уже не та. Я почти полгода жил, понимая, что все уже очень плохо. И все же... Я надеялся, до последнего момента. И если бы не столь ярое отрицание моего существования – я бы простил ей все.
Коллинз хлопнул себя по колену и присвистнул. Да уж, его мироощущения явно отличались от мироощущений Логана. Хотя, может быть, если Оливер когда-нибудь почувствует то же, он вполне поймет своего гостя. Да и сейчас он понимал в чем проблема. Правда в теории.
— Простил все, - задумчиво повторил юноша, - Тяжело иметь дело с таким безнадежно влюбленным.
Коллинз сквозь футболку вновь нащупал нательный крест. Постепенно эмоции, которые обуревали его самого, поутихли.
– Возможно, мне страшно где-то в подсознании. Я знаю, на что способен, что делал этими руками, поэтому мне... страшно, что я не смогу остановиться. В Ираке этого от меня никто и не требовал – это к вопросу о психопатах – даже, наоборот, это было нормой. Но здесь... Я боюсь просто не сдержаться.
— Оу... Ну, это многое объясняет, - Коллинз повернулся к окну и оперся на подоконник. Какое-то время он просто молчал, следя глазами за проходящими внизу прохожими и проезжающими машинами, хотя сам он едва ли понимал, что время идет, - Знаешь, если внезапно захочешь со мной побороться, можешь особо не переживать. Я крепкий орешек, - юноша улыбнулся уголком рта и снова взглянул на Логана, но уже совершенно другими глазами. Абсолютно трезво, уверенно и беспристрастно.
– Но дело не только в том, что я такой правильный. Просто, гнев... Его нет. Я не знаю почему, просто он отступил. Скорее, я чувствую себя разбитым, или так, будто меня переехал танк, но никакой агрессии, ничего такого. Посмотрим, как я запою, когда увижу Эли с другим парнем.
— Бедняга. Честно скажу: не хочу оказаться на твоем месте. Хотя я не думаю, что Элисон настолько безрассудна, что решит привести его раньше, чем ты окажешься отсюда за пару миль.
Где-то в стороне дивана просигналил телефон, который, очевидно, выпал из кармана Оливера, пока тот сидел, сообщая всем кругом, что его хозяину пришло новое текстовое сообщение. Коллинз лишь закатил глаза и даже не сделал попытку полюбопытствовать, кто и что от него хочет. Никто и никогда не требовал от Оливера каких-то срочных манипуляций, а значит и с ответом можно повременить. До завтра, например.
– А много их было? Таких как ты. То есть, как раз не таких как ты. Впрочем, ты живешь здесь всего месяц, откуда тебе знать, да?
— Я видел трех, - мягко сказал Коллинз, однако, каким бы ни был его тон, удар слов это не ослабляло, - Да и Талбот мне кое-что рассказывал... Кто бы мог подумать?  Сотню раз видел таких девушек, но даже представить не мог, что однажды столкнусь с их миром так близко.
Коллинз тряхнул головой. Он смутно подозревал, что его не очень-то уважительный отзыв о жене Логана, запросто может разозлить солдата. Но... разве не этого он добивался пару минут назад?

0


Вы здесь » Тибидохс и Поиски Золотого Свитка » [Альтернатива] » Оливер Коллинз – человек, через которого все друг с другом знакомы