Тибидохс и Поиски Золотого Свитка

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тибидохс и Поиски Золотого Свитка » [Альтернатива] » Личный кокошник, или Баллада о полотенчике


Личный кокошник, или Баллада о полотенчике

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://s100.fotosklad.org.ua/20130227/92572ec2180ec9a3d7fa00122348be66.gif

1. Время и место действия: Номер Джима Блубелла, утро.
2. Описание: Прекрасным покожим утром, когда у Джимми дел не в проворот, выясняется пренеприятнейшее дело: босс приставил к нему "личного помощника" - по определению нудного гражданина, которому только и дай, что помешать тебе жить спокойно. Но тут разрыв шаблона: нудный гражданин оказывается весьма веселой гражданкой, с которой, как выяснилось, Джим учился еще в Клирлейке, да и эта девушка - не промах: первым делом, после небольшой перепалки, она решает раздеть своего будущего начальника...
3. Действующие лица: Джим Блубелл и Виктория Вандей (в девичестве Лоуренс :D )

0

2

Вставать по будильнику тяжело. Даже на пробежку. Даже в свой выходной. Особенно в свой выходной. Виктория никогда не отличалась огромной силой воли, поэтому она уже целый час откладывала звонок будильника, бормоча «Еще пять минут и точно встану». Мироздание было в курсе, что она безбожно обманывает, однако позволяло ей продолжать лениться. Все равно через некоторое время она вынуждена была подняться: окончательно пробудил ее звонок Фреди.
— Ты все еще спишь, - укоризненно произнес он, услышав сонный голос своей собеседницы, - Может быть, тебе и не нужна никакая работа? Представляешь, каждое утро вставать ни свет ни заря, чтобы весь день…
— Заткнись, раньше ведь я как-то справлялась, - зевнула в трубку Тори и свесила ноги с кровати. Она нажала на кнопку громкой связи и стала приводить себя в порядок, попутно продолжая беседовать с Фреди.
— Мне кажется, ты не в духе, - справедливо заметил он.
— Плохая неделя, - хмуро сказала девушка, выуживая из-под кровати джинсы.
«Интересно, как они там оказались?»
Неделя и правда выдалась не из лучших. Это ее первые дни после увольнения. После учебы девушка с головой бросилась в карьеру. Она упорно работала, пренебрегая личной жизнью, выходными и весельем. Виктория была амбициозна, ей хотелось всего и сразу: роскошной жизни, высокого поста, огромной зарплаты. Однако она никогда наивно не думала, что это все может свалиться на нее просто так. Поэтому она работала и работала, и работала.  Ей везло, удача была на ее стороне и постепенно Виктория двигалась по карьерной лестнице вверх. Она не гнушалась принимать жесткие решения, и была довольно беспощадной к своим конкурентам. Однажды большой босс, увидев очередное ее провокационное, но успешное для нее и компании действо, спросил ее, на что она готова, ради высокой должности. Поняв, что это проверка, Тори с гордостью и убеждением ответила: «На все!»
И, конечно, это она доказывала всем своим поведением. Она забивала на семью и друзей, выжимала из себя и подчиненных все соки. В списке ее приоритетов, работа стояла на первом месте. После ее ответа, шеф стал ее покровителем. Менее чем за полтора года Виктория сделала просто громадный скачок в карьере и оказалась его личным помощником. Она была счастлива, правда счастье длилось не долго. Через пару дней после ее очередного повышения, босс непрозрачно намекнул, что ныне в ее обязанности входит также предоставление лично ему услуг интимного характера. Однако девушка не согласна была мириться с домогательствами своего начальника, поэтому, когда он повалил ее спиной на свой стол, Виктория стала защищаться. Мистер Бренсон не принял во внимание тот факт, что у бедняжки Тори довольно тяжелая рука и хорошо поставлен удар… А уж когда ей под руку попадается тяжелый дырокол… В общем, девушка хорошенько разукрасила шефа и сбежала. Стоит ли говорить, что на прежней должности, да и вообще на работе она не задержалась?..
Эта неделя была безумной. Виктория пыталась найти новую работу, да и вообще старалась наверстать упущенное. Как оказалось, кроме Фреди у нее не осталось друзей: слишком грубо и равнодушно она себя с ними вела. Однако юноша, знакомый ей еще с колледжа, вполне ее понял и даже со смехом рассказывал, что сам был таким же амбициозным и неудержимым, пока не понял, что жизнь – это непрерывное развлечение, из которого надо выжать все возможные удовольствия. Фреди помогал девушке с ее проблемой, так как у него было довольно много связей, да и вообще он, как и всегда, был в курсе всех новостей. Виктория  испытывала огромное облегчение, осознавая, что у нее есть человек, на которого она может положиться. К сожалению, только один. И хотя ее семья жива и здорова и всегда готова принять дочь под свое крыло, Тори никогда не вернется к ним. Девушка с детских лет не принимала и не понимала родителей. Они всегда пытались задушить ее заботой, ограничить ее свободу и навязать собственные мысли. Они никогда не считались с дочерью, не считали ее разумным человеком, имеющим собственное мнение и чувства. Лишь однажды они послушались ее, да и то, она тогда закатила такую истерику, что чета Лоуренс не могла поступить иначе. Когда Виктория закончила школу, она просто-напросто сбежала от родителей. Благо, поступление ей в этом помогло. Окончательному отделению от родни способствовало и то, что Тори изменила свою фамилию. Виктория Лоуренс стала Викторией Вандей. А что, звучит не плохо, с философским подтекстом, да и вообще очень в духе Тори…
Девушка расчесывала волосы и они с Фреди говорили о чем-то отвлеченном, когда он наконец-то произнес то, чего последнее время так ждала Виктория:
— Кстати, при нашей будущей встрече не сильно выражай свой восторг и не бросайся мне на шею… Я тут кое с кем переговорил и нашел должность достойную тебя…
— Что? О, Фреди! Фреди, я тебя обожаю! Если бы ты сейчас был здесь, я бы тебя расцеловала! – девушка схватила трубку и выключила громкую связь, - Нет, правда, я так обязана тебе… Я у тебя в долгу, можешь просить, что хочешь!
— О, я так и знал, что ты отреагируешь именно так! – в голосе юноши слышался смех, - Но не слишком ли ты торопишься отдать себя в рабство мне, если ты еще не знаешь что за работа?
— Ну, я не думаю, что ты нашел вакансию какой-нибудь кухарки…
— Кухарки? Смеешься? Ты вообще плиту хоть раз в жизни видела?
— Не надо! Я хорошо готовлю!
— Последние года три ты питалась только в ресторанах, если я не ошибаюсь…
— Ну, в основном в общепите, но это не важно. Так что за работа?
— Секретарем тире личным помощником одной важной персоны в Нью-Йоркской корпорации.
Девушка слегка нахмурилась:
— Личным помощником, говоришь? Знаешь, я один раз уже столкнулась с…
— Не бойся, я все проверил и перепроверил. Он профессионал. И не позволяет себе лишнего, в этом я уверен.
— Ну… Что ж, ладно. Я тебе верю. Что за шишка? Какая сфера работы?
— IT-технологии. Твоего патрона зовут Джим Блубелл.
Виктория наморщила лобик, вспоминая:
— Джим Блубелл… Блубелл… Знаешь, что-то знакомое, где я могла…
— О, ты верно подметила. Я тут выяснил, что ты его знаешь. Вы ходили в одну школу в Клирлейке. И судя по всему вы были одноклассниками.
У Виктории по спине побежали мурашки. Клирлейк. Чертов Клирлейк! Он оставит ее когда-нибудь в покое?..
Джим Блубелл, о да, теперь ясно. Тот самый мальчишка, сирота при живой матери. Когда Виктория была совсем маленькая, она боялась этого паренька до жути. Он был таким нелюдимым, сам в себе… Точь-в-точь маленький волчонок. Чуть позже Тори, конечно, избавилась от предрассудков, но мальчишку избегала. Он не нравился ей, она не раз вспоминала поговорку о том, что в тихом омуте водятся черти. Кстати говоря, в десять она прочитала «Омен» и почему-то она представлялась себе Демьена похожим на Джима. Тори не была в числе тех, кто задирал Блубелла, потому что считала, что этим занимались одни дегенераты. Тем более, она была долгое время влюблена в Оливера Коллинза, парнишку, который защищал Джима (что, несомненно, прибавляло его обаянию и романтичному образу дополнительных очков). Виктория сторонилась Блубелла, не оставалась с ним один на один в помещении, не разговаривала, да и редко обращалась по имени (обычно, когда ей что-то было нужно, она просто кричала: «Эй! Эй! Ты пойдешь сегодня на физкультуру к мистеру Брауну?» или «Эй! У тебя нет запасной ручки?»). Однажды Оливер пригласил Тори в кино и, когда после сеанса проводил ее, поцеловал ее у порога дома. И через два дня Коллинз не пришел в школу. Как оказалось, он уехал. Навсегда. Но Виктория долго не тосковала: на каникулах она познакомилась с прекрасным парнем. У его семьи был домик в пригороде Клирлейка, куда они приезжали отдыхать. Его родители были весьма богаты, но он не был зазнайкой. Он был очень милым, добрым и понимающим… И он был очень красив, кстати. Он мечтал стать писателем, и юная Виктория знала, что у него все получится: с ним девушка погружалась в какой-то другой мир. Оливер, хоть и был первой любовью Вики, все же был забыт. Единственный человек, который остро почувствовал отсутствие Коллинза, был, как ни странно, Джим Блубелл, над которым теперь стали потешаться раза в три сильнее. Хотя и ему улыбнулась фортуна: тест, который провела новая учительница, выявил в нем гения. И вот слава и деньги на его юношеские плечи. И сразу вокруг парня куча «преданных» друзей. А вот Виктория не могла изменить своей привычке. Она продолжала сторониться его, хотя теперь сделать это было сложнее.
А потом… Потом Виктория покинула Клирлейк навсегда. Однажды вечером она решилась прогуляться до озера, где ее ждал неприятный сюрприз. Какая-то женщина завела с ней беседу, которая длилась не очень долго: незнакомка напала на девочку и вцепилась зубами в ее шею. Виктория не кричала и не пыталась освободиться, так как женщина до этого приказала ей не делать этого, и отчего-то Тори исполнила ее приказание. На счастье девушки, ее спас какой-то мужчина. Он вонзил женщине деревянный кол в сердце, помог Тори обработать рану, дал ей что-то из мензурки, от чего ушла боль, кровотечение прекратилось и рана зажила. Виктория была в шоке от всего происходящего. Мужчина довольно спокойно ей объяснил, что женщина была вампиршей и что таких в округе бродит несметное количество из-за «проклятого бара». Он отказался назвать себя и почему-то был уверен, что девушка посчитает его сумасшедшим. На прощание мужчина сказал только: «Тебе лучше забыть все, что здесь произошло. Для твоего же блага». Но Тори не забыла. Мало того, она поверила каждому слову своего спасителя. Она знает, что она видела. Она понимает, что логического объяснения этому нет. И лучше держаться от этого всего подальше. Как можно дальше.
Поэтому, когда Виктория возвратилась домой она устроила самую настоящую истерику, заставив родителей переехать в другой город. И она была счастлива, потому что ей казалось, что этого ужаса нет нигде больше. Там же какой-то проклятый бар или что-то вроде того…
Воспоминания в голове девушки всплыли сами собой из-за знакомого имени.
— И что, Джим Блубелл захотел взять меня на работу? Мы с ним в детстве не то чтобы очень… дружили.
— На самом деле, я пока что не уверен, что он осведомлен о тебе. Руководство приняло решение, что ему необходимо и должно иметь помощника. Разбирать почту, отвечать на звонки, выполнять мелкие поручения…
— Я знаю, что значит быть личным помощником, Фреди…
— Ага, не сомневаюсь, только нашего господина Блубелла практически не бывает в офисе. Так что ты долго не будешь контактировать с ним лично.
— Ох, это даже хорошо, - Виктория выдохнула. Что ж, такую работу она вполне сможет вынести. Может быть, чуть позже, когда ее мелкие проблемы разрешаться, она найдет себе что-то более подходящее.
— Правда первое время тебе придется быть на испытательном сроке. И начальство настаивает на личное взаимодействие, чтобы точно убедиться, что у вас не будет… Как это называется? Личностного конфликта.
— О, черт. Ну, впрочем я на сто процентов уверена, что он не будет ко мне приставать. Я всегда думала, что он голубой… Спасибо, Фреди.
Через несколько дней, уладив все бюрократические вопросы, подписав все нужные бумаги и ознакомившись с инструкциями, Виктория ехала на встречу со своим патроном. Вернее, она его искала, потому что Фред сказал истинную правду: он редко бывал в Нью-Йорке. Отыскать Блубелла было тяжело, но, на удачу, он недавно для чего-то связывался с адвокатом, поэтому его местоположение все же было открыто. Тори была предупреждена о том, что Джим не очень-то подпускает к себе людей, да и вообще наверняка будет против навязанного ему помощника. Поэтому девушка скрестила пальцы на удачу и взмолилась, чтобы Джим смилостивился и позволил ей хотя бы пройти этот чертов испытательный срок.
Прежде чем постучать к нему в дверь, Виктория подумала, что это очень странно: приходить к типу, которого не переносишь, чтобы устроиться к нему в секретари. «Тем не менее, Виктория, - напомнила она сама себе, - Если ты хочешь иметь не плохую должность и получать свои честно заработанные деньги, тебе придется себя перебороть».
Как только Джим открыл дверь, Виктория, слегка улыбнувшись заговорила:
— Здравствуйте, мистер Блубелл. Меня зовут Виктория Вандей. Вас должны были предупредить обо мне. Меня назначили вашим личным помощником и…
Виктория замолчала. Ее мысли перепутались и она не знала как продолжить. Она снова весьма глупо (она это чувствовала нутром) улыбнулась и понадеялась на две вещи: что Джим ее не узнал и что он прямо сейчас не захлопнет дверь у нее перед носом, воскликнув что-то вроде: «Не нужны мне никакие помощники!»

0

3

Как свойственно любому серийному убийце – то есть человеку с нарушенной психикой – Джим иногда пребывал в некотором разбитом состоянии. Во многом оно было обусловленно Оливером за решеткой, глупостью полиции, не замечающей очевидные вещи, и другими подобными вещами. Юноше нужно было действие в жизни, все время пробираться по бурлящей реке – его стихия. Скучно жить в полной предсказуемости. Блубелл, конечно, мог сделать что-то сверхъестественное, не характерное для себя, как, например, начать раздавать конфеты детям на улице, но... Это было не то. Он писал письма в полицию, не для того, чтобы потешить свое самолюбие: «Смотрите, завидуйте, обо мне пишут в газетах!» – как это частенько говорили идиоты, жаждущие легкой славы. Такие первым делом, прослышав о маньяке, бегут в полицейский участок, чтобы признаться во всех смертных грехах.
Даже, откровенно не самый нормальный парень, Джим считал их сумасшедшими. Ну да оставим их. Блубеллу нужно было, чтобы полиция уже нашла его «подарок». Он не любил, когда их находили разложившимися или не находили вообще. Впрочем, последнего никогда ранее еще не случалось. Джим не ленился и посылал особенно туго думающим полицейским всю информацию, вплоть до координат. И вот после этого он бездушный маньяк-убийца?
Юноше хотелось все бросить и укатить куда-нибудь. Но это было так просто. Так скучно, бесполезно... Да и к тому же, он не мог бросить друга в тюрьме. Нет-нет, он не сдвинется из этого города, пока не услышит, как закрывается дверь камеры за Олли, не увидит, как тот потирает запястья от наручников и не получит документы об отсутствии претензий или что там выдают полицейские.
А может и правда? Все дело в нем. И именно в этом самом Мистик Фоллсе и должна кончиться история Гастролера? Здесь великий и ужасный Джим Блубелл заявит: «Я Гастролер»? Впрочем, кто ему поверит? Точно не офицер Темпс. Она отчего-то вбила в свою рыжую голову, что во всех смертных грехах виноват Оливер. Не иначе он ей понравился. Как еще это объяснить?
Джим понял, что случайно забрел не в ту степь своего разума. Дела любовные - не его конек, точно. Как можно судить о том, чего не испытывал никогда в жизни? Нет, конечно, он видел целующиеся пары, он видел мыльные оперы по телевизору, он видел Арнстонов в далеком детстве – уж кто-кто, а они были счастливы друг с другом. Но одна мысль о том, что рядом с ним может быть еще один человек вводила его сначала в ужас, а потом в тоску и депрессию. Вообразить только, все время есть кто-то рядом, кто мешается, кому надо что-то объяснять... Боже, да с ним надо просто разговаривать – это уже отвратительно. Особенно, когда он не понимает простейших вещей, которые приходят в голову Джиму. Блубелл пока не встречал ни одной девушки, которая в возбуждении, сродни его, поспорила бы об устройстве микропроцессора, предложила бы на время взломать сайт Министерства Обороны или шантажировала бы его, будто отнимет печенье, если Джим не перестанет осуществлять свои планы.
«О Боже, – подумал юноша, – звучит так, будто я хочу, чтобы меня остановили».
Хотя, возможно, этого он тоже хотел.
Блубелл решительно прекратил размышления, дабы не уйти в высшую материю и не понять, что стол – на самом деле не стол, а крокодил, например. Он поднялся с кровати, не потрудившись ее застелить, и решительно направился в душ. Прохладная вода отрезвила его, Джим успел придумать, как обойти защиту в полицейском участке, но не успел придумать, зачем это ему. Ради спортивного интереса, думается. Следует заметить, что вкус у хозяина данного мотеля был, мягко говоря, странный. Он отчего-то решил, что в его «улучшенных» апартаментах должен быть освежитель воздуха с удушающим запахом роз или не менее жуткий вариант – амбре тяжелого мужского одеколона, после которого даже Джиму казалось, что в его комнате побывал мужчина, хотя он знал наверняка, что это исключено. Что же касается гелей для душа, то выбор был широк: терпкая ваниль или сладкая клубника. Учитывая то, что двадцатишестилетний юноша со шлейфом любого из них был, откровенно, смешон, ему пришлось приобрести в ближайшем супермаркете флакон «горной свежести», что делало его теперь похожим, скорее, на хвойный лес, чем на гору, но, все же, было лучше ягод.
Едва Джим вышел из душевой кабины, не зная, сосна он или ель, как услышал, что в его дверь кто-то весьма настойчиво стучит. Кроме Олли, зайти к нему было решительно не кому, поэтому Блубелл обрадовался, решив, что того или освободили, или, хотя бы, отпустили под залог. Юноша обернул полотенце на манер бедренной повязки и выскочил ко входу. Он резко дернул на себя дверь, ожидая увидеть там кого угодно, кроме неизвестной девушки. То есть, к нему вообще редко заходили представительницы прекрасного пола, особенно, по собственному желанию.
— Здравствуйте, мистер Блубелл. Меня зовут Виктория Вандей. Вас должны были предупредить обо мне. Меня назначили вашим личным помощником и… – протараторила она и резко замолчала.
Джим уже успел забыть, что стоит одетым подобно Древнему Египтянину, и чувствовал себя вполне соответствующе статусу миллионера.
– Личным... кем? – переспросил он, надеясь, что ослышался.
«Личным кокошником, пожалуйста», – без особой надежды подумал он про себя.
Девушка никак не была похожа на кокошник. Совсем. Даже если пристально приглядеться. И самое ужасное было в том, что Блубелл уже давно подвергался атакам со стороны своего босса с требованием нанять себе кого-нибудь, кто хотя бы для приличия ставил бы на письмах метку «прочитано». Но Джиму не нужен помощник. И помощница ему не нужна. Он не хочет быть привязан к кому-то, не хочет чувствовать опасность быть раскрытым со стороны приближенного к нему человека, хотя бы потому, что не хочет к себе никого подпускать близко. Потому что личное пространство, помните? И потому что этот, с позволения сказать, помощник, может оказаться не менее умным, чем он сам, и, что опаснее, себе на уме.
– А, знаете что? Не важно, мне не нужен никто личный, передайте «спасибо» в главный офис, – сообщил Джим и сделал попытку закрыть дверь.

+1

4

Виктория привыкла смотреть собеседнику прямо в глаза. Наверное, поэтому она только спустя лишь несколько мгновений после своего обрывочного монолога заметила, что у Джима оголен торс. Еще через секунду она заметила, что его вообще ничего не прикрывает, кроме не очень-то и широкого полотенца. Девушка подняла свой взгляд обратно на глаза собеседника и клятвенно пообещала себе больше не смотреть вниз.
– Личным... кем?
— Помощником, - улыбаясь повторила девушка.
Честно признаться, ей было немного не по себе стоять здесь перед практически обнаженным Блубеллом и играть в хорошую секретаршу, соблюдающую субординацию. Все годы в школе она просто не замечала его и старалась избежать его общества. А сейчас она должна ждать от него милости. Подобная постановка вопроса очень сильно злила и нервировала Тори. Но никуда теперь не денешься. Назвалась беспринципной карьеристкой, значит и правда, должна поступиться с некоторыми своими принципами, забить на гордость и пересилить себя. Правда теперь Виктория не ощущала то же неприязненное отношение к Джиму, что и когда-то в детстве. Она смотрела на него и не понимала: как это в школе она могла чувствовать буквально ужас, находясь рядом с ним? Очевидно, дело и правда в ее воображении. Демьен – сын дьявола был тихим и робким мальчиком судя по книге Дэвида Зельцера. В реальности на Демьена больше всего походил Джим. Вот ребяческие фантазии и воплотились в неприязненное отношение.
Сейчас же Тори видела перед собой обычного юношу. Немного нелепого в своей растерянности. Но уж явно ничего ужасного в нем не было.
— В мои обязанности входит… - продолжала между тем Виктория, но ее потенциальный босс ее перебил:
– А, знаете что? Не важно, мне не нужен никто личный, передайте «спасибо» в главный офис.
Может быть, в любой другой момент, Виктория бы приняла отказ и спокойно отправилась домой с мыслями, что она найдет себе работу и получше. Но только не сейчас. Не в тот момент, когда ее с треском уволили и испортили ее резюме своим «рекомендательным письмом». Да и Фреди постарался на славу, чтобы отыскать для нее такое «тепленькое» место. Она не может спустить все так! Она просто не может упустить это шанс!
— Стойте, мистер Блубелл! – воскликнула девушка, однако юноша не стал ее даже слушать: он принялся закрывать дверь.
Очевидно, от отчаяния, Виктория совсем потеряла разум. Она схватилась за дверную ручку с другой стороны, останавливая Джима.
— Мистер Блубелл, я Вас прошу! Вы можете уволить меня в любой момент, но дайте мне хотя бы один шанс! И я докажу Вам, что я хороший, даже незаменимый работник! – убежденно заявила Тори. Только вот она сделала большую ошибку, приложив слишком много усилий, дабы остановить дверь. Девушка слишком резко дернула за ручку, чего Джим никак не ожидал. Он как-то неловко оступился и полотенце просто полетело вниз. Секунду Тори еще не до конца понимала, что собственно произошло, но через мгновение до нее дошел смысл произошедшего.
— О, черт! – выругалась Вандей, понимая, что после такого ее вряд ли дружелюбно примут в работники корпорации. Девушка закрыла рукой глаза, потому что хочешь-не хочешь, взгляд все равно пару раз попадал на то, на что ему не положено было попадать, - Прошу прощения, я не хотела.
Собственно, Виктория уже думала о том, что где-то через час, отъехав от Мистик Фоллса, она обязательно позвонит Фреди и расскажет ему эту историю. Он, наверняка, будет ржать, как идиот. И, возможно, из-за этого смилостивится и снова начнет по своим каналам пробивать для нее работу выше должности уборщицы.

0

5

Джим не очень понял, в какой момент он остался без полотенца.
– Стойте, мистер Блубелл! – воскликнула девушка, надеясь, что это остановит его.
Она схватилась за дверь и, возможно, зацепила полотенце уже тогда.
– Мистер Блубелл, я Вас прошу! Вы можете уволить меня в любой момент, но дайте мне хотя бы один шанс! И я докажу Вам, что я хороший, даже незаменимый работник!
Юноша отшатнулся. От настойчивости этой дамочки кто угодно давно капитулировал бы, но Джим не ожидал такого поведения от собственного полотенца. На будущее, стоит намекнуть ему, что товарищи уходят вместе.
— О, черт! – выругалась девушка и закрыла глаза. – Прошу прощения, я не хотела.
Как раз в этот момент Блубелл осознал, что здесь что-то не так. В смысле, мало того, что его потенциальный работник закрывает глаза и извиняется, так еще и он ощущал себя слишком свободно и, в какой-то мере, ему было прохладно там, где до этого не было. Джим задумчиво поглядел вниз. Так и есть, полотенчик капитулировал в одиночку и лежал грустной кучкой у его ног.
– Хм, – произнес он вслух, выражая свою озадаченность.
Он никогда не видел подобных ситуаций в живую, что исключало возможность сформировать модель поведения. Что же в таких случаях делают нормальные люди? Хватаются за полотенце? Убегают с воплями и улюлюканьями? Закрываются ногами и руками? Закрывают двери со словами «вы уволены»?
– Что ж.... эээ... мисс Вандей, – протянул он, давая себе еще несколько секунд на размышление, – думаю, что после этого, мне уже нечего скрывать, так что не дать Вам шанс я не могу, – решил он, наконец.
Он чуть замялся, а потом протянул руку:
– Зови меня Джим, ладно? И, я, наверное, ошибся, миссис Вандей, – продолжил он, чуть улыбаясь, – ты, вроде бы, была Лоуренс?
Да, юноша вспомнил, почему вся эта ситуация кажется ему такой странной. Не то, что бы дело было в том, что он стоит в чем мать родила перед незнакомой девушкой, нет. Как раз таки девушка была ему знакома. Еще в Клирлейке излюбленным делом ребят было закинуть его вещи в женскую раздевалку, так что подобное случалось с ним часто, но никогда еще это не доходило до таких масштабов. Тем более, что это все резко кончилось со смертью Нила, и вот уже почти десять лет Джим об этом и не думал. И тут – здравствуйте, какая неожиданность! – его одноклассница на пороге его номера в мотеле, просит его о работе, как «мистера Блубелла», а не как «мистера Эй», каким он был. Да еще и раздевает его, прямо как в средней школе.
– Поверить не могу, какое совпадение. Будто снова вернулся в Клирлейк. Опять мои вещи в женской раздевалке, и снова передо мной бывшая одноклассница, – сообщил он в слух, наконец, соизволил нагнуться и поднять с пола полотенце.
Обернув его как оно было, Джим продолжил:
– Что ж, проходи, раз пришла.
«В конце концов, ее всегда можно выслать в Нью-Йорк, Оригону, Вашингтон, куда угодно подальше от меня», – решил Блубелл, не в силах отказать себе в удовольствии от понимания, что именно он из них двоих миллионер, хотя «мистером Эй» в школе был как раз он.

+1

6

«Интересно, он предъявит мне обвинение в том, что я оскорбила его достоинство?» - задумалась Виктория, хотя по правде сказать, это ее волновало сейчас меньше всего. Ситуация была очень дурацкая. И неловкая. Хотя Джим может усугубить ее. Миллионеры могут попить крови, особенно, если ты им с первого взгляда не понравился. А Виктория, произвела на своего потенциального работодателя неизгладимое и незабываемое впечатление...
– Хм, - послышалось с его стороны, и это самое «хм» заинтриговало Тори. Не слышно ни ожидаемой ругани, ни хлопанья дверьми, ни даже визга раздетого человека (ведь абсолютно любая реакция имеет место быть). Вот только равнодушное и немного задумчивое «хм» выбивалось из общего ряда, ибо воспринималось Викторией как отсутствие какой-либо реакции вообще.
«Хэй, тебя только что раздели до гола, скажи хоть ради приличия: "Ой!" А еще лучше "Ой, как не ловко получилось!"»
В какое-то мгновение, девушке с закрытыми глазами показалось, что Джим просто-напросто ушел. Хмыкнув под нос и оставив Викторию стоять в пустом коридоре. Однако ее опасения были довольно быстро развеяны самим Блубеллом.
– Что ж.... эээ... мисс Вандей... - голос юноши поразил Викторию. Он говорил вежливо. Не «предельно вежливо» и ложно успокаивающе, как обычно говорят все начальники, перед тем как сообщить о сокращениях в штате или жестком урезании бюджета, - Думаю, что после этого, мне уже нечего скрывать, так что не дать Вам шанс я не могу.
А Блубелл продолжал поражать своей неординарностью Тори. Она раздвинула средний и безымянный палец, посмотрев на Джима сквозь образовавшуюся щелку.
— Правда? - в тоне Вики ощущалось какое-то подозрение, но она быстро исправилась, добавив, - Я просто не знаю как Вас благодарить.
Когда Тори шла на эту работу, она чувствовала, что Джим согласится на ее услуги процентов на 75 примерно. Когда он стал захлопывать дверь, но в девушке еще остались силы для борьбы и убеждения, процент резко упал до 15. Окончательно ее шанс спикировал вниз вместе с полотенцем Джима. Вероятность была настолько мала, что любой математик с легкостью пренебрег бы ею. Однако Виктория сейчас на своем примере подтвердила одно из главных правил тервера: случиться может все, какой бы малый процент вероятности ни был.
– Зови меня Джим, ладно? - Виктория кивнула и отняла ладонь от лица, -  И, я, наверное, ошибся, миссис Вандей. Ты, вроде бы, была Лоуренс?
Джим в очередной раз удивил своего нового личного помощника. Если говорить откровенно, то неприятно удивил. Виктория, оборвавшая все связи с прошлым, довольно успешно скрывалась от него представителями за новой фамилией. Вандей занималась собой и следила за своим внешним видом. Ей казалось, что со школьных времен она очень сильно изменилась в лучшую сторону. Конечно, это мог быть банальный самообман или лесть самой себе, но однажды, ее не узнала собственная кузина, пришедшая получить место юриста в прошлой фирме Тори. Алисия (а именно так ее звали) попала в отделе кадров именно на Вики, которая в то время там работала. Зная "потенциал" своей родственницы, Виктория без зазрения совести ее завалила на первом же подступлении. А Джим оказался не промах и довольно легко ее вычислил. И это было неприятно не столько для самолюбия девушки, столько для ее желания начать отношения с патроном с чистого листа. Без прошлых ошибок, которые она, несомненно, допускала.
— Верно, - кивнула Виктория и улыбнулась. Начальству надо улыбаться, даже когда тебе не особо хочется это делать, - Только я все еще мисс... Но в общем-то лучше зовите... зови меня Тори.
Девушка не стала вдаваться в подробности своей личной жизни. Это ни к чему, да и вряд ли кому-то будет интересно. Особенно новому боссу.
– Поверить не могу, какое совпадение. Будто снова вернулся в Клирлейк. Опять мои вещи в женской раздевалке, и снова передо мной бывшая одноклассница.
— Да уж, - пробормотала Виктория и почувствовала страшный стыд. Женская раздевалка. Иногда сердобольные девочки все же помогали Джиму, но Виктория была не в их числе. Хотя нет, пару раз она тоже была послом доброй воли... Когда была уверена, что ее "подвиг" увидит точно увидит Оливер Коллинз.
«Я была жестоким ребенком. Джим довольно славный парень. И, как выясняется, добрый,» - искренне раскаялась девушка.
Только когда Блубелл нагнулся невнимательная Тори обнаружила, что он все еще не повязал полотенце на место. Вандей почувствовала, как ее лицо краснеет.
– Что ж, проходи, раз пришла.
«Нет, знаешь, мне уже надо работать, осваиваться и все такое,» - хотела сказать Виктория и придумать еще сотню поводов, чтобы сбежать. Но поводы упорно не находились. Тори прошла в номер Блубелла. Что ж, от мотеля не стоило ожидать многого. И, очевидно, самая лучшая комната была не такой уж и роскошной.
— Эм... Что ж, - решила Тори обратиться к делу, - В мои прямые обязанности входит разбор корпоративной почты, оповещение о предстоящих встречах, ответ на твою рабочую телефонную линию, а так же составление отчетов в главный офис корпорации... Однако, если есть какие-то особые пожелания я их учту. Думаю, лучше обговорить все сейчас, чтобы потом не возникало разногласий... И да, скажу сразу, что задания типа "сбегай, сходи, принеси" я выполнять готова и ничего против них не имею.
Девушка слегка улыбнулась. Она почувствовала, что отчаяние, которое владело ее сознанием последние минут десять постепенно уходит на убыль.

0

7

Девушка с недоверием отнеслась к высказыванию Блубелла. Не удивительно, в принципе, ибо он был сам шокирован своей внезапной добротой. Но он не мог отказать себе в удовольствии - как и все люди он был слаб.
Но вот что отличало его от всех людей, так это то, что он никак не мог понять, отчего его новый личный помощник стоит с широко закрытыми глазами. В смысле, ничего страшного же не произошло, разве не так? Видимо нет.
- Эм... - замялся Джим, намекая, что пора посмотреть на него без опаски.
Наконец, девушка перестала фейспалмить, Блубеллу сразу стало понятнее и проще "читать" ее эмоции. Что ни говори, а для Джима было важно притвориться таким же, вовремя улыбнуться или покривляться как-то еще, лишь бы показать, что он такой же как все.
- Что ж, - сказал Блубелл, когда девушка зашла в номер после некоторых колебаний, - Наверное, мне стоит одеться, тебя, похоже, смущает мой внешний вид.
Хотя самого Джима не мучало чувство смущения, он догадывался, что чуть розовеющие щеки девушки означают именно это чувство.
Юноша достал из шкафа футболку и натянул через голову. Воротник ее намок от мокрых волос Блубелла. Он вытащил из ящика нижнее белье, а так же широкие джинсы с полки, и удалился в ванную. Вышел он оттуда через полминуты, затягивая на ходу ремень, без которого любые штаны и брюки медленно, но верно сползали с юноши.
Джим едва не зевал, слушая основные обязанности Тори. Однако его внимание привлекла идея о других обязанностях:
— Однако, если есть какие-то особые пожелания я их учту. Думаю, лучше обговорить все сейчас, чтобы потом не возникало разногласий... И да, скажу сразу, что задания типа "сбегай, сходи, принеси" я выполнять готова и ничего против них не имею.
Блубелл воодушевленно приподнял брови:
- О да, заданий вроде "сходи,принеси" у меня большое количество. - сообщил он.
Джим мечтательно возвел глаза к потолку. При должной осторожности, осмотрительности и правильной манипуляции, Тори сможет создать ему идеальное алиби сама того не зная.
-Что касается особых требований... Хм, у меня будет несколько, скорее, правил. Первое: личное пространство. Не садись рядом со мной, не стой ближе, чем в паре шагов, и, тем более, никаких обниманий или что там вы, девушки, делаете от эмоций. Это первое и главное, и не выполнение этого требования вызовет у тебя проблемы, увольнение, по сравнению с которыми, будет казаться маной небесной. Надеюсь, я предельно ясно изъясняюсь.
Блубелл довольно сурово посмотрел на девушку. Он не мог напрямую объяснить ей, чем это грозит, но надеялся, что Тори была умной девушкой и поняла сама.
- Потом... Не заходи ко мне, если меня нет, я в душе или сплю. Даже если кто-нибудь будет стоять с ножом у горла твоего котенка или еще кого.
Джим подумал немного и добавил:
- И я могу позвонить тебе в любое время, преимущественно ночью, и сказать приехать и сделать какую-то глупую вещь прямо сейчас. Это значит, что тебе придется встать и сделать то, что я прошу, прямо сейчас. Впрочем, я не часто грешу этим. Раз в пару недель где-то. Ах да, и я переезжаю с места на место, будь готова.
Джим замолчал, ожидая, что девушке не понравятся его условия, она передумает, скажет: "Ой, я погорячилась, попытаю счастья где-нибудь еще", - и убежит.

+1

8

Джим на счастье решил, что ему все же стоит одеться и перестать изображать из себя греческого бога.
- Что ж, наверное, мне стоит одеться, тебя, похоже, смущает мой внешний вид.
— Верно подмечено, для меня немного непривычно видеть непосредственного начальника... без ничего, - Виктория улыбнулась и принялась разглядывать комнату. Что ж, довольно чисто и опрятно. Хотя Вики слышала, что все гении живут в полном хаосе. «Логово» Блубелла она представляла себе заваленным материнскими платами, кипами бумаг с непонятными символами и подобным барахлом. Хотя может всему виной не чистоплотность Джима, а хорошие горничные?..
Новый начальник быстро привел себя в порядок и вновь вернулся в общество Виктории. В целом, Тори уже была готова удалиться, ибо, как она понимала, Блубеллу сейчас не особенно были нужны ни компания девушки, ни ее помощь в чем-либо. Тем не менее, необходимо было прояснить еще некоторые аспекты их совместной работы.
- О да, заданий вроде "сходи,принеси" у меня большое количество.
Тори не могла сказать, что ее очень обрадовала эта перспектива, однако это куда как приятнее, чем перерывать кучу нуднейших документов, которые в большинстве случаев даже не пригодятся ни ей, ни ее патрону.
-Что касается особых требований... Хм, у меня будет несколько, скорее, правил. Первое: личное пространство. Не садись рядом со мной, не стой ближе, чем в паре шагов, и, тем более, никаких обниманий или что там вы, девушки, делаете от эмоций.
Вандей приподняла бровь в изумлении. Нет, то что Джим говорил о личном пространстве было понятно и резонно. Однако насчет "обниманий"... Ему что, кажется, что девушки в избытке чувств обнимаются со всеми подряд? Где он видел, что бы работницы кидались обнимать своих начальников? Даже если акции компании пробьют линию своего исторического максимума, вряд ли секретарша будет бросаться на шею к вице-президенту...
— Можешь быть уверен: с этим проблем не будет.
— Это первое и главное, и не выполнение этого требования вызовет у тебя проблемы, увольнение, по сравнению с которыми, будет казаться маной небесной. Надеюсь, я предельно ясно изъясняюсь.
— Звучит жутковато, но я тебя поняла, - кивнула девушка. Действительно, угрозы от Блубелла выглядели как-то странно. И от этого наверное немного пугающе.
- Потом... Не заходи ко мне, если меня нет, я в душе или сплю. Даже если кто-нибудь будет стоять с ножом у горла твоего котенка или еще кого.
Тори молча кивнула и даже не стала это комментировать. Неприкосновенность жилища, ничего экстраординарного и необычного. Да и вряд ли ей когда-то понадобится заходить к нему в его отсутствие. И, чего уж скрывать, на моющегося или спящего Блубелла тоже не было большой охоты смотреть. У нее и без того еще много дел. Кстати, надо не забыть заказать огромный торт и бутылку бурбона для Фреди. Он вытащил ее из ямы, в которой она сидела после своего феерического увольнения.
- И я могу позвонить тебе в любое время, преимущественно ночью, и сказать приехать и сделать какую-то глупую вещь прямо сейчас. Это значит, что тебе придется встать и сделать то, что я прошу, прямо сейчас.
— Ну, оно и ясно, - Тори кивнула и машинально скрестила руки на груди, - Не думаю, что с этим возникнут проблемы... Если ты конечно не попросишь меня достать кровь христианского младенца или чешую дракона. С подобными вещами могут возникнуть проблемы при транспортировке.
Девушка еще немного постояла молча, а затем, разведя руки в стороны, проронила:
— Ну, если это все, я в принципе могу прямо сейчас приступить к разбору почты и документов, - Вики бросила взгляд на часы, - Не думаю, что это займет у меня больше полутора часов. Ах, да, кстати, мой телефон...
Тори профессиональным движением вытащила из нагрудного кармана блокнот и ручку. Вырвав листок и быстро записав номер своего мобильного, Виктория внезапно замешкалась. Она не была уверена, будет ли нарушением личного пространства ее нового патрона, если она отдаст телефон лично в руки. Рассудив, что лучше не рисковать, Вандей просто оставила его на столешнице.

0

9

Джим оказался прав: новую помощницу весьма смущала его внезапная любовь к моде древних египтян.
— Верно подмечено, для меня немного непривычно видеть непосредственного начальника... без ничего, – сообщила она, улыбаясь и отворачиваясь, дабы оглядеть комнату.
Блубелл пожал плечами – ему не жалко было потратить полминуты и натянуть штаны. Когда дело было сделано, и он появился обратно, облаченный в повседневную одежду, они продолжили. На удивление, девушка оказалась не из пугливых.
— Можешь быть уверен: с этим проблем не будет.
Джим кивнул, подумав, что надо отдать должное этой девушке: она готова была на его довольно странные условия без дурацких вопросов. Вообще без вопросов. Очевидно его бывшей однокласснице всерьез понадобилась работа, раз такое дело.
– Не думаю, что с этим возникнут проблемы... Если ты конечно не попросишь меня достать кровь христианского младенца или чешую дракона. С подобными вещами могут возникнуть проблемы при транспортировке, – вроде бы пошутила Тори.
Блубелл улыбнулся, глядя куда-то вниз, как улыбается человек, истинные мотивы которого не раскрыли, и, вместе с тем, предложили отличную историю вместо них.
– О, нет. Это что-то обычное, вроде похода в аптеку, в магазин или, например, перепарковать машину. Обычно я делаю это сам, но раз есть ты... – не закончил юноша свою мысль.
— Ну, если это все, я в принципе могу прямо сейчас приступить к разбору почты и документов. Не думаю, что это займет у меня больше полутора часов. Ах, да, кстати, мой телефон... – девушка написала его на клочке бумаги и, после некоторых размышлений, положила его на столешницу.
Хорошо, что она поняла его идею о личном пространстве. Плохо, что надо придумать, куда ее деть, чтобы она не мешалась.
– Тори, – позвал Джим девушку, когда та уже была в дверях, – перед тем, как начать разбирать то, что ты хотела начать, сходи в местный полицейский участок. Спроси у любого в городе, тебе скажут, где это. Там найдешь помощника шерифа Темпс – такую молодую рыжую девушку – у нее есть координаты адвоката Кановски, найди его, узнай, что ему нужно и каковы его прогнозы. Расскажи мне, и  после этого делай, что собиралась.
Блубелл внимательно смотрел на дверь до тех пор, пока она не закрылась. Он убедился в том, что шаги девушки стихли, взял в руки телефон и, набрав номер, приложил его к уху:
– Миссис Саймон? Да, это Джим Блубелл. Меня интересует ближайшая конференция к Мистик Фоллсу, штат Вирджиния. Да, отлично, просто прекрасно, я отправлю туда своего помощника, разведать обстановку.
Юноша бросил телефон на кровать и, откинувшись в кресле, мечтательно воззрился в потолок. Осталось только придумать, как уже намекнуть полиции, что все не так просто.

+1


Вы здесь » Тибидохс и Поиски Золотого Свитка » [Альтернатива] » Личный кокошник, или Баллада о полотенчике